Может, для соответствия стилистике программы ему вручат какой-нибудь сраный сушеный веничек из рябины и иван-чая, а потом и придумают легенду, в которой дед его еще в деревне коров да овец лечил, став знаменитым на весь колхоз.
Ухмыляясь, он какое-то время обводил и раскрашивал клеточки в блокноте, пока не прервал себя. Сейчас были дела и поважнее.
– Я не до конца понял, ремиссия ли это и возможно ли возвращение болезни в дальнейшем, – прочел он вслух последнюю строчку.
«Так, а действительно, – подумал он. – Мужик первый, с инсультом, через неделю пришел с конфетами и кофе, живой и здоровый. Снова он к нам он не поступал».
Потом женщина та – тоже все нормально.
Все-таки выходит, что выздоровление стабильное, – написал он и перелистнул страницу.
Если я контактирую с человеком, это значит, что я выступаю в роли… «Какого-то… ну не знаю, проводника?»
Женя сосредоточенно грыз кончик карандаша – ему не очень нравилась эта мысль, и он предпочел бы ее не записывать и вообще не думать о ней. Но он решил, что должен быть объективным и не обманывать самого себя.
Допустим, болезнь переходит ко мне, – написал он. – Но ее симптомы проявляются у меня гораздо слабее.
Женя нервно грыз карандаш. Его кончик превратился в огрызок, и Женя почувствовал на языке вкус грифеля.
Эти симптомы тоже уходят безвозвратно, – написал он. Для собственной уверенности он обвел это высказывание.
Во всяком случае, он очень хотел в это верить. Но к окулисту он так и не ходил.
Чтобы еще раз убедиться, он подошел к окну. На балконе одной из высоток висели растяжки о продаже квартир с телефонными номерами.
– Продам – 8 359615768.
– Продам – +7 45965678.
– Квартиры в новом доме – +7 54665896, – шепотом читал он.
Со зрением все было в порядке.
Принесенный из аптечки тонометр показывал 123 на 80. Значит, все нормально.
Женя взял в руку блокнот.
Подумав несколько минут и не найдя, что написать, Женя отложил его.
«Интересно, а переломы? – подумал он. – Прикольно будет, если через день рентген покажет полностью целую и невредимую кость. Исходя из наблюдений, я буду чувствовать ушиб, не больше».
«Можно сделать вывод, – подумал он, – что исцеляется болезнь, которая непосредственно является опасной для ее носителя».
Откинувшись на кровать, Женя шумно выдохнул воздух и растер лицо руками.
– Пиздец… И че мне щас со всем этим делать? – вслух спросил он.
Встав и зайдя на кухню, Женя налил стакан воды. С улицы были слышны раскатистые глухие хлопки. Сделав глоток, он подошел к окну.
Сосед, старый дед с той самой дрелью, по-видимому, так и не поверивший в существование пылесоса, выбивал старый ковер, повешенный на турник. Какой-то парнишка в школьном костюме с нелепым квадратным портфелем – видно, недавно закончились уроки – флегматично бил палкой кусты. «Родители, наверное, планшет забрали, – подумал Женя. – И комп запаролили». Другого объяснения слоняющемуся в XXI веке по двору пацану с палкой Женя найти не мог.
Как это водится у детей, брюки у пацана до колена были в высохшей грязи, но его это нисколько не смущало.
«Почему-то дети этого никогда не замечают, – подумал Женя. – До тех пор пока родители, охнув и всплеснув руками, не отправят тебя, чумазого, в ванную. Да будь хоть ты этой грязью с головы до ног перемазан – не заметишь. Наверное, через призму детских розовых очков она не видна».
Женя посмотрел вдаль – по тротуару двигались мелкие фигурки прохожих.
«А ведь я могу им всем помочь, – промелькнуло в голове. – И этому деду внизу, и парнишке, и всем тем людям».
Стоя у окна, Женя испытывал какое-то новое, незнакомое до этого чувство эйфории.
Появившись из ниоткуда, оно горячей волной проходило по всему телу. Снова и снова, возникая где-то в груди и исчезая в щиколотках. Жене казалось, что он слышит все – свое дыхание, ровный стук сердца, неслышимое тиканье часов в коридоре. Тело стало невесомым – как будто отключили гравитацию.
Женя не знал, сколько он так простоял – минуту, 10 или час.
Он обвел двор глазами – соседа и пацана уже не было. Гремя колесами железной телеги, под окном брел ссутулившийся дворник.
Женя сел за кухонный стол.
В голову почему-то приходили какие-то дурацкие фразы в духе «с большой силой приходит большая ответственность» и прочие киношные банальности.
Подойдя к раковине, Женя налил себе еще один стакан воды.
«А если рассказать об этом? – на секунду задумался он. – Но только кому? Но если уж писать, – подумал он, – то только одному человеку».
«Дорогой Владимир Владимирович.
Пишет Вам Гурц Евгений Александрович из Екатеринбурга. Чтобы не отнимать Ваше время, перейду сразу к делу.
Знаю, прозвучит глупо, но прочтите, пожалуйста, это письмо.
Я могу исцелять людей. Касаясь их руками. Да, звучит странно, и я вполне осознаю, что Вы мне не поверите.
Но я готов под наблюдением специалистов излечить группу испытуемых.
Вы все сами увидите.
Мой телефон… Хотя думаю, вы сами его найдете».
«Коротко и ясно», – подумал он, закончив писать воображаемое письмо.
