Пройдя в гардеробную, довольно долго наряжались и прихорашивалась с помощью служанок. Поглядывая на дочь гудара, Амина пришла к выводу, что Шадая намеренно делает всё медленно. Или это так положено? Одилла стояла в сторонке и напряженно наблюдала за ней с хмурым лицом. Ободряюще улыбнувшись селиде, передала грамоты, врученные Лайдом.
– Никого не убивай, – тихо шепнула ей. – Ясно?
– Ладно. Как скажешь.
Наконец, подойдя к залу, где их ожидали, зашли внутрь. Шадая моментально преобразилась, превратившись в ледяную величественную аристократку. Куда делась девочка, еще недавно смешно дувшая губки? Едва заметно кивнув мужчинам, приветствующих их, уселась на диван. Амина окинула быстрым взглядом незваных гостей.
Элл Юлам был поразительно похож на Лайда, разве что имел небольшое брюшко и был лет на двадцать моложе. А не родственники ли они? Жрец был стариком с морщинистым лицом и слегка трясущимися руками. Его глаза смотрели ласково, на губах застыла добродушная улыбка. Однако Амине она сразу показалась фальшивой и мерзкой. Интуиция говорила, что это вовсе не безобидный старик и с ним нужно быть настороже.
– Садись рядом, Амина, – сказала Шадая. – Слышала, вы хотели повидать мою сестру? Светлейший элл?
При слове «сестра» старик слегка дернулся, а элл немного удивленно поднял бровь. Прочистив горло, Юлам обратился к дочери гудара.
– У светлейшего Яфона есть некоторое дело к… Эллине.
– Дело какого рода?
– Вот, дитя, – старик протянул ей грамоту с печатью Варейти. – Это распоряжение Верховного жреца. В нем изложена просьба к эллине Амине безотлагательно явиться в столицу. Предать грамоту было поручено светлейшему Догди, но, к сожалению, сегодня его постигла печальная участь... Да примет его душу богиня!
– По какому поводу? – взяв бумажку, Шадая не спешила ее читать, холодно смотря на жреца. – Почему мой отец не извещен?
– Гудара непременно известят. Но дело очень спешное. Речь идет об убийстве светлейшего в городе Патрас.
– Какое эллина имеет отношение к убийству?
– Клятвопреступница и мятежница Ретрис разыскивала ее. Также известно, что она помогала эллине Амине в борьбе с кланом ворок.
– Не вижу связи с убийством, светлейший.
– Не волнуйтесь, дитя. С эллиной просто хотят поговорить. Никто ее ни в чем не обвиняет.
– Почему бы не поговорить здесь?
– Не в моей власти обсуждать решения Верховного жреца, дитя. Эллина должна выезжать немедленно. Об охране можно не беспокоится, храмовники позаботятся о ее безопасности.
«Угу, как сегодня о жреце, – усмехнулась про себя Амина. – Однако, судя по участившимся пульсу, Шадая заметно занервничала. Боится наломать дров?»
– Извините, светлейший, – решила, что пора сказать свое слово. – Но у меня нет времени на поездки куда бы то ни было. Дела, порученные гударом, не ждут.
– Дитя, – старик хрипло рассмеялся. – Какие у юной девы могут быть дела? Примерки нарядов и занятия этикетом можно ненадолго отложить.
– Дела командующей западными приграничными землями гударства, светлейший, – Амина, улыбнувшись, достала из-под складок платья жетон. – Я не против поговорить о Вашей мятежнице в присутствии гудара. Но никак иначе.
На некоторое время зал погрузился в тишину. Все, за исключением Одиллы, изумленно пялились на жетон в ее руке.
– Неслыханно! – воскликнул жрец, потеряв самообладание. – Дитя, где ты его взяла? Этот знак не украшение, за его незаконное использование есть суровое наказание!
Взяв грамоту у Одиллы, Амина передала ее Юламу. Пробежав по написанному взглядом и проверив печать, управитель, усмехнувшись, отдал бумажку жрецу.
– Это правда?! – руки старика затряслись сильнее. – Назначать деву командующей?! Это немыслимо! Гудар сошел с ума?!
– Светлейший, – ледяным тоном заговорила Шадая, забирая грамоту у жреца. – Я бы попросила вас взять себя в руки. Ваши слова неуместны.
– Да, дитя, – вернув свой добродушный облик, улыбнулся Яфон. – Я просто был очень удивлен. Ни в одном известном нам королевстве не было подобных прецедентов лет пятьсот.
– Понимаю, – дочь гудара грациозно поднялась. – Как Амина уже сказала, она ответит на все вопросы служителей Варейти в присутствии гудара. Не смею вас задерживать.
Выйдя из зала, Шадая, схватив Амину за руку, потащила в свои покои. Закрыв дверь, уставилась на нее горящими глазами.
– Жреца чуть не хватил удар, – захихикала она. – Он так растерялся, что даже не стал настаивать. Однако… Отец и правда назначил тебя?
– Ага.
– Это действительно неслыханно. Думаю, эта новость вскоре взбудоражит всю знать в королевстве. И не только в нашем…
****
Почувствовав ауру соратницы, Анатрис вышла из медитации и открыла глаза.
– Долго ты. И судя по тому, что колебаний энергии не было, драться тебе не пришлось.
– Да, – Эмридина уселась на коврик напротив Верховной. – Слова Ктырха подтвердились. Я действительно нашла одного из повелителей там, где он и сказал.
– И что этот Гримвель из себя представляет?
– Силен… И боюсь, справиться с ним смогут только древние Окары. Нашему молодому поколению он еще долго будет не по зубам.
– Поговорить удалось?
