- Я был к этому готов, - наконец сказал он, - а вот ты, видимо, нет.
Алмаз сел рядом со мной на диван и помог мне снять полушубок. Я тяжело вздохнула. Я сообщила ему тяжёлую новость, а он так спокойно отреагировал, помогает мне раздеваться и утешает. Это вообще нормально?
- Не хочу, чтобы ты рисковал...
- Разве у меня есть выбор? - Алмаз грустно усмехнулся, ушел в кухонный угол и принялся возиться с дровами. Зажег огонь в печке и поставил чайник на плиту.
Я молча смотрела на него обеспокоенным взглядом.
- Уходи! - наконец выдохнула я.
- Ты меня прогоняешь? - он даже не обернулся.
- Теперь когда на тебе нет ошейника, ты можешь скрыться.
Я направила магию на чайник. Тот вздрогнул и принялся подскакивать. Кипящая вода с шипением выливалась из носика.
Алмаз снял чайник с плиты, заварил чай и внимательно посмотрел на меня.
- Ты меня отпускаешь? - уточнил он.
- Да.
- А как же твоя карьера?
- Я как-нибудь переживу, что меня оставят на второй год.
- Но куда я пойду? У меня ведь ничего нет.
Я сходила в спальню, вернулась и протянула ему кошелек со сбережениями, которые откладывала на открытие школы.
- Здесь немного, но на первое время хватит.
Алмаз автоматически взял кошелек, повертел его в руках и вернул мне.
- Я не могу это взять. Ты правда хочешь меня отпустить? - он вернулся в кухонный угол, налил чай в кружку и принес мне.
- Тебя это удивляет? - спросила я, обхватив руками чашку с горячим чаем.
- Если честно, да. Я для тебя никто, мы знакомы меньше месяца. Но стоит мне выйти из этой двери, твоей карьере мага, ради которой ты училась четыре года, придёт конец.
- Что за бред? Как бегство резервуара может повлиять на мою карьеру? - я притворилась, что не знала, что мне за это будет, надеясь, что он не в курсе последствий подобного действия для мага.
- Ты права, бегство никак не повлияет. Но ты хочешь отпустить меня, а это уже совсем другая история. Когда начнётся расследование, ментальщикам будут известны все подробности до мельчайших деталей, включая этот разговор. Как и то, что ты каким-то немыслимым образом добилась встречи с леди Сольвейг и уговорила её снять ошейник. Только что ты предложила мне деньги. В сумме все это - не что иное как спланированное пособничество к бегству. В магическом сообществе это считается серьезным преступлением. Если ты думаешь, что за это тебя всего лишь оставят на второй год, то ты глубоко ошибаешься. Тебя в лучшем случае исключат из академии и навсегда лишат магической лицензии… - Алмаз сделал паузу, давая мне возможность осмыслить его слова, - зная все это, ты все еще хочешь позволить мне уйти? - наконец спросил он.
- Да, - ответила я дрожащим голосом, в глазах стояли слезы.
Какое-то время Алмаз молчал.
- Боюсь, я вынужден отклонить это предложение, - наконец сказал он.
- Но почему? Сорок процентов - это большой риск.
- У беглого резервуара тоже небольшие шансы на выживание. Без прикрытия бегство не имеет никакого смысла, поэтому лучше я рискну в круге.
- Но что, если ты погибнешь?
- Люди будут осуждать тебя, но твоя совесть чиста, я ведь войду в круг по собственной воле.
- Я запуталась… - комок подкатил к горлу, - я шмыгнула носом, пытаясь не разрыдаться, - не знаю, что со всем этим делать.
- Ты уже сделала все, что в твоих силах, - он сел на диван и взял меня за руку.
Этот простой дружеский жест подействовал на меня расслабляющим образом. С самого начала я была вынуждена справляться со всем в одиночку. И теперь почувствовав поддержку в том, что он сделал мне чай, чего никогда не делал раньше, слушал меня, как никогда не слушал раньше, и даже взял меня за руку, чтобы подбодрить, чего никогда не делал раньше. Все это дало мне ощущение, что я не одинока. Я расслабилась, и это прорвало плотину сдерживаемых слез.
- Я боюсь за тебя, - сказала я и разрыдалась, уткнувшись ему в плечо.
Свеча давно догорела. Мы сидели в темноте. Я склонила голову на его плечо, Алмаз все еще держал меня за руку.
- Все будет хорошо, - сказал он.
Больше всего на свете мне хотелось ему верить, но откуда мы могли знать, как стихии распорядятся нашей жизнью, когда мы вдвоем войдем в заколдованный ритуальный круг?
В ночь перед ритуалом, я не могла уснуть, мерила шагами маленькую спальню, то и дело останавливаясь напротив окна и вглядываясь в темноту.
С утра я заплела волосы в косу и надела лучшее бархатное платье, но волнения последних дней и бессонная ночь сделали свое дело, я выглядела измученной.
- Ты выглядишь… - начал было Алмаз.
- Сама знаю, что паршиво, - перебила его я.
- Вообще-то я хотел сказать, что платье тебе к лицу.
- Ага, конечно, - я скептически фыркнула. От его неуклюжей попытки сделать комплимент на ровном месте, мне захотелось упасть лицом вниз, хотя, признаться, в глубине души было приятно, - нам пора идти, иначе опоздаем к началу церемонии.
