Я — дочь властвующей семьи, студентка Института Чародейства подающая большие надежды. И нечисть, для мира в который попала. Он — высший дракон, инквизитор и пришел за мной. Теперь мне во чтобы то ни стало нужно не выдать себя. А на мне еще трактир и внезапно ожившая древняя метелка. И кто-то настойчиво отправляет мне зов в ночи. А в городе пропадают маги.Но даже инквизиторам иногда нужна помощь. А нечисть может стать другом, а не врагом. Или не просто другом? Иначе как объяснить, что рядом с ним, во мне просыпается пламя.
— Кыш, чешуйчатые, чего ноги раскинули? Пройти невозможно.
Несколько крупных мужчин послушно убрали ноги с прохода и растянули губы в беззлобных ухмылках. К ругательствам Халларейн они давно привыкли, как и все завсегдатаи таверны. Женщина она была строгая и с увесистым кулаком. Могла и кружкой, заполненной элем, так приложить что даже хороший дракон покачнется. А могла и улыбкой наградить.
— Чего мордастенький, на душе муторно? Сейчас я тебе брю крепкого плесну.
И наливала от души.
Давно не молодая, но активно пользующаяся домашними зельями и сыворотками, она выглядела не больше чем на сорок человеческих. Хотя никто не знал сколько на самом деле лет Халларейн. Всегда зачесанные наверх иссиня-черные волосы, чистенькая одежда. Далеко не худышка, но с хорошими выделяющимися формами, вызывающими интерес многих посетителей. Вот только рискнуть подступиться к малышке Халли, так её звали между собой драконы, никто не рисковал, помня одного, что попытался нахрапом завоевать хозяюшку. Потом ходил с красной ошпаренной мордой и отпечатком сковороды. Больше подобных смельчаков не находилось.
Итак, женщина продефилировала мимо драконов, покачивая широкими бедрами, заставляя мужчин проводить её жадными взглядами. Она лишь усмехнулась, сверкнула карими глазищами и скрылась за дверью, что располагалась за барной стойкой.
Женщина прошла по коридорчику и спустилась в полутемный, прохладный подвал.
Чего здесь только не было. Ливерка, тушенка, консервы, наготовленные ею лично. Сушеные фрукты и овощи. Сухие травы и пряности в баночках. От всего этого в воздухе висел непередаваемый аромат, от которого у любого могло свести желудок и вызвать аппетит. Но больше всего, самой хозяйке, нравился запах колбасок и копченого окорока, в большой подсобке за тяжелой дверью. Туда она и направилась. Именно этими колбасками и окороком славилась таверна «Драконий хвост». Даже из соседних деревень приезжали, чтобы попить брю хваленными копчёностями малышки Халли. Она всегда заготавливала их впрок по осени и на всю зиму. В холода то, кто скотину колоть будет? А у Халли всегда есть запас, до самой весны, даже если каждый день полная посадка будет.
Халли вошла, фонарь предусмотрительно оставила на полке, копчёность не любит света. Хозяйка и так знала, где у неё что находится. Справа будут висеть окорока и вяленное мясо, пропахшее копченостью, слева деревянные стеллажи с которых свисают колбаски. К ним то, она и повернулась. Но тут ей показалось, что позади, у дальнего окорока словно шум небольшой.
«Неужто мышь завелась! Этого не хватало. Вроде же недавно обновляла мышегонку».
Она напрягла глаза и шагнула по направлению к шуму.
«Драконьи боги!».
Под окороком темнота была гуще и плотнее. Но уж не её ведьмовское зрение обманывать. Нет, там не мышь! Тень куда как крупнее.
Халли отступила, нащупала палку колбасы, той что сырокопчёная. Да покрупнее. Не убьет, но по мордасям незваного гостя точно отходит. А заодно покрепче сжала нож в руках, который несла отрезать с вязанки колбасок. Вооруженная, сделала резкий прыжок и выкрикнула:
— Стоять! Ты не думай у меня все заговоренное. Схватишь не отпустишь. Так и будешь здесь торчать пока я не разрешу.
Продовольствие в таверне Халли и правда было заговоренным. А как иначе? Каким способом еще может хозяйка обезопасить свои продукты. Таверна то в близлежаших местностях знаменит. А значит и охотников достаточно. И тех, кто на халяву любит, тоже хватало. Потому, хозяйка на охрану и защиту своего добра не скупилась.
Под окороком началась суета и кто-то замычал. Несчастно и тоскливо.
Халли от испуга чуть не завизжала, но сдержалась, занесла над тенью колбасу и выставила нож. При этом попутно направив приказ огням из фонаря приблизиться к ней.
Те выскочили из стеклянной колбы и метнулись освещая окорок и находящегося под ним.
— Драконьи боги! — Уже вслух выдала хозяйка.
Под окороком сидела девушка. С длинными рыжевато-каштановыми волосами и огромными серыми глазами, в которых метался ужас. Но удивительным было не это. Девушка сидела вцепившись зубами в окорок.
— Совсем очумела? — удивленно выдала Халли, так и не опуская руку с занесённой над девушкой колбасой. Девица ни на нищенку, ни на оборванку не походила. Чистое личико, одежда необычная, но тоже чистая. Белая рубашка, поверх неё тонкая серая безрукавка и серые брюки плотно облегающие стройные ноги в черных высоких сапогах. Местные девчата в таком не ходят. — Ты чего творишь? Не сметь жрать чужой окорок!
И приказала магии, той, что накладывала от воров, схлынуть. Не тут то было.
Девушка зубы не разжала. Магия не желала её отпускать.
— Пусти! — предупредила Халли и погрозила ножом.
Девушка покачала головой.
— А если так? — Хозяйка посильнее колбасой замахнулась.
Незваная гостья приглушенно всхлипнула, дернулась, но окорок не выпустила. А глаза то, несчастные-несчастные, вот-вот разрыдается.
«Да что ж это такое, — выругалась на себя Халли. — Зверь я какой что ли?!»
