– Ты че натворила?! – орет мой муж, но я слышу его слова сквозь туман. Тьма поглощает меня, и вот я уже куда-то плыву. Сколько я пробыла без сознания, я не знаю. Но очнулась я здесь, в компании Кати и Матильды, в комнате с гигантской постелью и винтажной мебелью. В чужом теле. Может, я с ума сошла или сплю? Тихонечко щипаю себя. Не сплю. От щипка почувствовала боль. Значит, точно в дурдоме под антидепрессантами. Хотя это тоже нелогично, потому что я вижу не просто свой мир без проблем и неприятностей, я вижу совершенно другой мир.
Небольшой подытог прожитой недели в новом мире. Я не в дурдоме, и я не сошла с ума. Что уже в принципе неплохо. Я в другом мире!
Кто бы рассказал, никогда бы не поверила. Но это факт. Мало того что здесь все ходят в платьях века эдак девятнадцатого, так еще и не все существа, что его населяют, – люди. Да-да, сама в шоке. Я своими собственными глазами видела, как человек превратился в дракона и улетел в небеса. И это не было галлюцинацией или обманом зрения. Но обо всем по порядку.
Из плюсов: я молода, красива и вроде как богата. А вот за последним плюсом кроется первый минус. Я замужем! И богатством своим я распоряжаться свободно не могу. Все в распоряжении мужа. И не скажу, что супруг мне достался урод или деспот, нет. Но что он в своей жене, то есть во мне, не видит взрослого человека, – это факт. Он, видимо, придерживается правила, что женщина – друг человека и не более. Для него Софи, то есть я, – это раздражающий фактор, мешающий ему жить. К слову, жить на мои деньжата, данные мне не только как приданое, но и унаследованные мною после смерти родителей.
Кстати, насчет помех и того, почему я очнулась в таком плачевном состоянии. Оказывается, я упала, а если точнее, подскользнулась и, упав, ударилась головой о ножку ванной. Девочка, что так сильно хотела, чтобы я оказалась жива, – это моя племянница Кати. Дочь моей умершей сестры. Со смертью сестры так вообще очень темная история. Впрочем, как и моих родителей. Вернее родителей Софи. Наши родители должны были приплыть, чтобы познакомиться с внучкой, то есть с малышкой Кати. Но их корабль пропал. Даже обломков не нашли. Спустя год и сестра погибает с мужем при загадочных обстоятельствах. На их карету нападают. И всех, кроме Кати, находят мертвыми с признаками насильственной смерти. Ее малышкой привезли ко мне в дом, и я вырастила ее как свою дочь. Я, даже когда копалась в скудных воспоминаниях владелицы своего тела, ощущала, что девушка воспринимала смышленую девочку как дочь. Своих-то детей у меня не было. Я даже не смогла выудить в воспоминаниях девушки, было ли у меня с мужем что-то, отчего дети могут появиться, или они дальше держания за ручку так и не зашли. Да и за ручку муженек не горел желанием подержаться. Я была лишь досадным приложением к моим же деньгам.
Не знаю, по какой-то причине, но Кати уверена, что нападение на карету, при котором погибла ее семья, – это умышленное убийство, а не трагическая случайность. И направлена она была именно на гибель ее матери, то есть моей семьи. Девочка говорит, что ей это приснилось. Что она видит вещие сны, но не из будущего, а просто отрывки чьих-то жизней. Я в это не верю, но мурашки по коже ползут, когда она рассказывает о том, что ей снилось. Она даже пару раз описывала сцены из моей прошлой жизни, что наводило на размышления о том, что это не фантазии ребенка, а что-то иное. Это иное пугало не только меня, но и Матильду. Это ее гувернантка и просто хорошая женщина. Которая заботилась не только о Кати, но и обо мне. Я в этом доме была скорее бесправная приживалка, а не хозяйка. Почему так повелось, я не знаю, потому что воспоминания хозяйки тела были отрывочными и порой непонятными. В доме целиком и полностью властвовала другая женщина. Сводная сестра моего мужа. Это мне кое-что напомнило, аж до мурашек пробрало. Но здесь вроде все по-настоящему, не фикция, как в моем мире. Хотя…. они же сводные и не родственники по крови. Ладно, не буду сама себя накручивать еще сильнее. Хватает мне и того, что Кати сказала, что мое падение – не случайность, а подстроенная закономерность. Я даже не поняла сперва, о чем она. Но ребенок вдумчиво пояснила, что если каждый день класть мыло около ванны, то в какой-то момент человек, пользующийся этой самой ванной, должен на нем поскользнуться.
Я пока помалкивала и вела себя максимально скромно, чтобы разобраться в ситуации, понять, откуда ноги растут и как жить дальше. Быть домашним питомцем, чем-то вроде болонки, я не хотела. Не по мне такое. Я больше привыкла сама принимать решения и строить жизнь так, как хотелось именно мне. А здесь без разрешения от муженька мы даже в город с Кати и Матильдой выехать не могли.
Вот на этой почве мы первый раз с ним и закусились.
– Я сказал: нельзя, – мужчина даже глаза не поднял на меня. Я как школьница стояла перед директорским столом.