Однако вместо этого меня ждал сюрприз: всего через несколько секунд в моих ладонях оказались странные, гладкие камни. На первый взгляд — самые обычные, но я сразу ощутила в них что-то необычное: от них исходило легкое тепло.
— Это артефакты? — спросила я вслух, обращаясь к стенам.
Освещение в кабинете моргнуло один раз, подтвердив моё предположение.
Теперь возник новый вопрос: как ими пользоваться? Опыта у меня с подобными вещами не было, а общение с домом пока ограничивалось лишь простыми ответами «да» или «нет». На этот раз дом помог иначе — на полке вспыхнула одна из книг Раданы.
— Спасибо, ты невероятно ускоряешь мой прогресс. Если так пойдет и дальше, до настоящей магии совсем недалеко! — улыбнулась я.
В ответ лампа на потолке вновь кратко мигнула.
— Неужели ты собираешься меня учить? — с волнением проговорила я.
Меня переполняла благодарность: у меня не было ни времени, ни возможности тратить средства на полноценное обучение, а тут сама судьба подбрасывала такой шанс.
Поймав себя на этой мысли, я решила задать ещё один, куда более щекотливый вопрос:
— Ты знаешь, кто убил Радану? — осторожно спросила я.
Две короткие вспышки — отрицательный ответ.
— Она опасалась за свою жизнь?
Одна вспышка.
Я решила ненадолго прекратить «допрос» — неизвестно, как быстро восстанавливаются силы у дома, а задачи всегда найдутся.
Я села читать о новых артефактах. Оказалось, что эти камни — камни истины: если кто-то рядом лжёт, артефакт начинает нагреваться. Но действовать он может всего пятнадцать минут в сутки, так что использовать их нужно с умом. К счастью, дом создал мне несколько экземпляров — будет возможность проверить гостей на честность неоднократно.
Жаль только, что артефакты, сотворённые нашим домом, нельзя вынести за пределы участка: за его границами они просто исчезали, а некоторые даже не работали, стоило только подойти к порогу. Магия тут была ограниченной и сдержанной — иначе все проблемы мира можно было бы решить одним заклинанием. Теперь каждое новое удобство требовало внимания, осторожности и ресурсов.
Закончив изучение, я написала Лестару письмо, подробно объяснив, чего именно хочу в качестве исполнения моего желания: нужно было принести всё необходимое для рыбалки и научить детей основам. Также я добавила, что буду только рада, если он придёт не один.
На следующее утро Лестар явился к нашему порогу вместе с двумя друзьями. Все были хорошо подготовлены: удочки, корзины, коробки с приманкой — всё на высшем уровне. Я сразу призналась, что в рыбалке ничего не понимаю, и поинтересовалась у Лестара, опытен ли он сам. Тот с улыбкой подтвердил, что в гильдии он считается признанным рыбаком и с удовольствием покажет всем премудрости.
Его спутники тоже произвели впечатление: один — темноволосый, крепкий, с лукавым взглядом, другой — улыбчивый, волосы цвета молочного шоколада, оба выглядели дружелюбно, хотя и не скрывали интереса.
— А новая ведьма действительно так красива, как ты описывал, — с хитрецой заметил темноволосый.
— Даже красивее, — согласился второй.
— Здравствуйте, — ответила я с улыбкой, стараясь сохранять дружелюбие.— С добрыми ли вы намерениями к нам пожаловали?
Иногда простая улыбка способна разрядить неловкость.
— Только с самыми добрыми, — хором подтвердили мужчины.
Я незаметно сжала в руке артефакт — он остался холодным, а значит, они не лгали. Даже их комплименты оказались честными, что было приятно.
— И даже с подарками, — добавил Лестар. — Познакомься, это Крон и Мазэр, мои друзья и члены гильдии.
— А вы правда пришли по-хорошему? — не удержался Крон, проверяя, видимо, свой собственный артефакт истины.
— Конечно, — уверенно ответила я.
Мы все вышли во двор. Мужчины были поражены: дом снаружи выглядел совершенно иначе, чем ожидалось.
— Колдовство! — буркнул Крон, тут же получив два укоряющих взгляда.
— То самое, — невозмутимо подтвердила я. — В доме женщины и дети, нам приходится быть осторожными и не всех подряд пускать.
Лестар, кажется, был польщён.
— Гаян тоже участвует в рыбалке? — спросил Крон.
— Конечно. И не только он, — заверила я.
Внутри я всё ещё переживала: слишком много ответственности и неожиданностей, но надеялась, что всё пройдёт спокойно. Тем более, мы брали только тех ребят, кто уже хорошо контролировал свои способности и не устроит неожиданного превращения.
— Лестар, — осторожно начал Крон, — надеюсь, у тебя нет на мальчика каких-то особых планов?
— Почему ты так решил? — удивлённо спросил Лестар, нахмурившись.
— Ты слишком живо интересуешься ими, — мягко, но с очевидной досадой произнёс мужчина, хмурясь и скрещивая руки на груди. — Здесь перевёртыши и… прочие, — он с видимым отвращением поморщился, словно само это слово было ему неприятно.
— У вас что-то против перевёртышей и остальных детей? — Я вскинула бровь, заметив, как лёгкое замешательство скользнуло по его лицу.
— Нет-нет, у меня нет дурных намерений, — быстро помотал головой темноволосый. — Я всего лишь хочу уберечь друга...
