— Лучше ответьте на вопросы своей жены, — сказала я холодно. В самом деле, начиная спор о возрасте сейчас, когда на кону стояло слишком многое, было бы глупо. И если честно, я всё ещё не знала, стоит ли выпускать этого человека за пределы круга. Может быть, нужно дождаться конца их разговора.
Эдгар тяжело вдохнул:
— Потому что я инсценировал свою смерть. Потому что у меня не было другого выбора.
— Это ещё почему? — голос Фаниты впервые стал крепче, в нём проснулась обида.
Я бросила взгляд на дверь, колеблясь, не уйти ли, но, честно говоря, была так же любопытна, как и обе стороны разговора.
— Потому что ты хотела детей. А я не мог тебе этого дать, — ответил Эдгар с каким-то странным спокойствием, почти усталостью.
Фанита резко усмехнулась, сжимая вазу до скрипа:
— Вообще-то, мог. У нас с тобой родился сын, Эдгар. И у меня к тебе накопились вопросы. Он унаследовал твой дар.
Тот недоверчиво моргнул, затем осторожно спросил:
— Можешь уточнить… во что именно он превращается? И потом... прошу, сообщи мне.
Дальнейший разговор я решила слушать на расстоянии. Беззвучно покинув комнату, оставила их наедине с давно назревшими вопросами и их тяжёлыми ответами.
Позже, когда Фанита зашла ко мне, она выглядела измотанной, но удивлённо спокойной. Мы присели у окна, за которым уже наливался вечер. Она, не поднимая глаз, начала рассказывать:
— Оказывается, он действительно ушёл сам… Думал, что если у нас появится ребёнок, этого ребёнка обязательно будут преследовать, — тихо проговорила Фанита. — Он не хотел обрекать сына на жизнь, полную страха и тайны. Всё это время он даже не знал, что стал отцом… Не следил за моей жизнью — боялся, что не сможет устоять и вернуться. Он и так считал, что совершил ошибку, когда женился.
Она на мгновение замолчала, глядя на собственные ладони:
— Он превращается в рахмана. Крылатую огромную кошку… Теперь считает, что сыну обязательно нужно мужское наставничество. Хочет увидеть мальчика.
— Что ты собираешься делать? — спросила я, с трудом удерживая эмоции под контролем. Внутри всё клокотало: страх, злость и странное сочувствие.
Мне бы очень не понравилось, если бы меня бросили, ничего не объяснив. Если бы это сделал любимый человек. Но в своей земной жизни, как и в этой, я не встретила никого такого.
— Я не планирую к нему возвращаться, — сразу ответила Фанита, будто прочитав мои мысли. — Но он просил узнать, можно ли ему пожить у вас. Разумеется, не бесплатно.
Я изумлённо посмотрела на неё. К подобному повороту я была не готова, хотя, если честно, деньги были бы очень кстати.
— Я объяснила ему, что здесь живут взрослые, которые работают, и у него есть для вас предложение.
На губах Фаниты мелькнула едва заметная улыбка.
— И что же он хочет мне предложить? — осторожно спросила я, начиная ощущать, что впереди ожидает не менее интересный разговор.
— Он хотел предложить вам стать инструктором по физической подготовке, — осторожно проговорила Фанита. — Поскольку он оборотень, у него большой опыт, и он может научить ребят использовать свои способности для самозащиты. Ради этой работы он даже готов отказаться от службы.
— Что ж, я поговорю с ним, — кивнула я, внутренне настраиваясь на серьёзный разговор.
Перед встречей я не забыла об осторожности: активировала камень истины. Его холодный свет мерцал у меня в ладони, готовый в любой момент раскрыть ложь — если она вдруг прозвучит.
Впрочем, в этот раз камень не дрогнул ни разу. Эдгар говорил без утайки. Он честно признался, что не знал о беременности жены, что его намерения чисты и он не станет навязываться ни Фаните, ни сыну, если те будут против. Более того, он выразил благодарность мне — за то, что я приютила его семью и дала им шанс на новую жизнь.
Мы обсудили условия работы, график, а также вопросы проживания и зарплаты. Я уже собиралась завершить разговор, когда Эдгар неожиданно спросил:
— Вы действительно способны определять оборотней и полукровок?
— Да, — ответила я, удивившись его вопросу. — Это достаточно просто для меня. Также могу узнать, если такие есть среди ближайших родственников.
Эдгар кивнул и вдруг стал очень серьёзен:
— Тогда, пожалуйста, будьте осторожны с этой способностью. Я слышал, что прошлую ведьму могли убить именно из-за этого: возможно, кто-то боялся, что она раскроет чью-то тайну…
Я приподняла брови:
— Вы...
— Это всего лишь моё предположение, — вздохнул он. — Поверьте, сейчас я больше всех заинтересован в вашей безопасности. Благодаря вам у меня появился шанс быть рядом с сыном и женой.
На этом наш разговор с Эдгаром закончился, и я знала, что приняла верное решение.
Я подготовила для Эдгара комнату рядом с Фанитой, предварительно уточнив у неё, не будет ли ей неприятно такое соседство. Она лишь кивнула: — Это даже удобно, — и впервые за долгое время улыбнулась.
Как оказалось, готовить мне следовало не одну комнату. Уже через несколько дней меня ожидала новая волна перемен и забот.
Вскоре на пороге появилась незнакомая женщина с девочкой лет семи-восьми. Ребёнок крепко сжимал мамину руку, прятался за её юбку, а в глазах мамы жил страх:
