Естественно, ехали верхом. Ещё трёх лошадей купили сегодня на ярмарке, одна из них была очень красивая, такого чистого гнедого цвета со слегка тёмной полосой возле гривы.
Но капитан Седрик не разрешил мне садится на неизвестную лошадку, хотя торговец и клялся, что она уже объезженная, но здесь я больше доверяла капитану. Потому поехала верхом на той же лошади, на которой уже ездила. Но гнедую никому не разрешила трогать. Вот вернёмся в замок и объезжу.
Замок Карнарвон был огромен. Тяжёлое строение состояло из очень длинной и высокой стены и нескольких башен. Я насчитала семь башен, но мне показалось, что с той стороны, с которой мы подъезжали, не всё было видно.
Ворота в замок были открыты. Там стояла охрана, которая, увидев нас, преградила нам путь.
— Графиня Бедфорд-Гламорган к графу Честеру, — провозгласил капитан Седрик.
Если честно, я вот не знала, имею ли я право называться именами родителей. Но у капитана Седрика сомнений не было.
Нас вежливо попросили подождать, но уже через несколько минут я увидела, что из замка выбежал «мажорчик» и пошёл в направлении ворот.
— Прошу простить, леди, — начал Честер младший, схватив мою лошадь под уздцы. — Отец не смог выйти Вас встретить, а заставлять Вас ждать во дворе замка было бы неуместно.
Ну, что тут скажешь, мальчишка знал, что по этикету я вполне могла обидеться и уехать, но по реалиям, с наместником короля лучше было бы дружить. Так что, Маргарита Павловна, как говорится «улыбаемся и машем».
Улыбаться не стала, всё-таки парень постарше меня будет и может не так понять. А то, что он готов не так понять, по его смазливой физиономии уже видно. И так уже пристроился помочь мне спуститься с лошади.
У меня свои есть помощники.
— Капитан Седрик, помогите.
Младший Честер зыркнул на отодвинувшего его капитана, но отошёл, и капитан Седрик помог мне спуститься с лошади.
Во дворе замка* было довольно чисто, было заметно, что это скорее военный объект, чем жилой. В огромном внутреннем дворе было много военных. На всех были плащи с гербом Честеров: золотые снопы пшеницы на синем фоне.
Молодой Честер заметил, что я с интересом смотрю в сторону военных, тренирующих построение, и, ухмыльнувшись, спросил:
— Леди любит военных?
Мне захотелось ударить мелкого поганца, но за меня отомстил капитан Седрик, развернувшись «неловко», он наступил «мажору» на ногу, и я даже думать не хочу, куда он попал ножнами, будем считать, что в живот.
Но не смогла удержаться от злорадства:
— Ах, граф Честер, что же Вы так неловко.
Согнувшийся в три погибели младший граф Честер, пока не мог ответить, потому что старался глубоко дышать.
Как только граф справился, мы продолжили движение в сторону входа в замок.
Принимали нас в Северной башне. Башня находилась на противоположной от моря стороне и виды из башни, конечно, не были столь захватывающе морскими, но зато, я подумала, что в этой башне было гораздо теплее.
Внутри было довольно темно, но мы надолго не задержались на первом уровне. Уже окончательно отошедший от «столкновения» с ножнами капитана Седрика младший граф Честер ловко взбежал по лестнице.
Мы, конечно, за ним не побежали, а пошли, и уже вскоре перед нами открылся небольшой зал. В зале был стол, на полу лежали ковры, на стенах висели гобелены, по одной стене был устроен огромный камин, просто огромный, в человеческий рост и нам навстречу вышел мужчина.
— Графиня, я так рад, что Вы нашли время и всё-таки посетили наш замок, — подошёл он к нам, широко улыбаясь и демонстрируя хорошие зубы.
Я с интересом рассматривала мужчину. Высокий, в отличие от сына, черты лица не были смазливыми, наоборот, благодаря твёрдому подбородку и сильной челюсти, лицо казалось почти грубым, но очень мужественным. Немного седины в чёрных волосах, высокий лоб, умные глаза.
Если он окажется таким, каким выглядит, — подумала я, — то это будет очень хорошо, мы с ним сработаемся. Ну а то, что сына не смог воспитать, так это не только здесь бывает.
Я вспомнила, что у меня был один знакомый, крупный бизнесмен, немолодой, так вот настолько с ним приятно было иметь дело, настолько же он и сам страдал от того, как воспитал или скорее не воспитал своих детей.
— Джон Честер, — представился мужчина первым.