— Вы продолжите вместе с основными силами двигаться на «Стриже» к Балтийску. Стройте дорогу, не отвлекайтесь ни на что. Максимальный ход. Генерал Волынский, — повернулся к нему, — вы обеспечите операцию и взаимодействие с «Невским копьём». Ваша задача — не дать Строганову помешать нам построить этот путь в Балтийск.
Волынский мгновенно оценил приказ, его глаза сверкнули холодным пониманием. Он кивнул.
— Но… барон! Учтите: мятежный князь спешит в Балтийск… он не торопился бы туда просто так. Строганов рвётся ради чего-то важного, — произнес Фёдор Николаевич, внимательно смотря мне прямо в глаза.
— Он спешит в хранилище, чтобы заполучить артефакт.
Волынский застыл и кивнул, словно говоря: «Я всё понимаю, но что будешь делать ты? Ведь сейчас ты тут главный».
— Артефакты — это металл, пыль и потенциальная угроза, не больше. А люди… — я ткнул пальцем в зелёную спираль, горящую за пыльным стеклом, — … это — империя сейчас. Её кровь. Её будущие солдаты и маги. И я их должен спасти. Я отправляюсь на помощь немедленно. Пойду в составе малой группы, так сможем передвигаться по территории, кишащей монстрами, скрытно и максимально быстро. Со мной пойдёт Валерий Кучумов, — при этих словах он выпрямился и еле заметно улыбнулся, — и Чернов. Буду рад вашей компании. Ваш опыт в тылу врага мне пригодится.
— Барон, давайте выделю взвод «Невского копья», — предложил Волынский.
— Нет, взвод мне не нужен, но от парочки умелых магов-воздушников и огневиков не откажусь.
Генерал утвердительно кивнул.
— Валерий! — я ткнул пальцем вниз на платформу. — Быстро! Взять ящик эликсиров первой помощи! Всё, что есть! Готовность пять минут!
Не стал ждать возражений или подтверждений. Развернулся и направился к трапу. К востоку. К зелёному сигналу бедствия. К Амату.
Научный расчёт говорил о рисках у Балтийска.
Но простая человеческая истина кричала громче: «Своих не бросают».
И я шёл подтверждать её.
Мы выдвинулись с бронепоезда сразу после моего приказа. Я, Кучумов, Чернов и трое гвардейцев Волынского.
Двое воздушников, капитан Леонид Обыденов и старший лейтенант Артём Светлов, сразу же окутали нашу шестёрку маскировочным куполом. Он работал как ловкий иллюзионист. Снаружи преломлял свет, соединяя с пейзажем: трава, деревья, небо казались непрерывными. Внутри же всё было кристально ясно. Стены купола, словно чистейшее стекло, пропускали каждый луч. Мы видели врагов, а они нас нет.
Прохождение сквозь барьер ощущалось как прохладный ветерок.
Третий офицер, майор медицинской службы Глеб Игнатьев, ссутулившись под тяжестью походной аптечки и ящика моих эликсиров, шагал рядом. Его взгляд, умный, но усталый, изучал местность с профессиональной отстранённостью.
— Держим строй, тихо, — прошептал Обыденов, маг воздуха пятого уровня. Его пальцы едва заметно шевелились, корректируя поток магии. — Светлов, ветерок в верхние слои, уноси запахи. Игнатьев, не отставай.
Мы двинулись на восток, оставляя позади гул стройки и стальной силуэт «Стрижа».
Плато быстро сменилось холмистой местностью, поросшей колючим кустарником и усеянной валунами.
Купол работал безупречно.
Мы видели тварей — когтистых прыгунцов размером с волка, стаи мерзких летунов с кожистыми крыльями, медлительных каменных крабов, ползающих по склонам. Монстры проходили в десятках шагов, обнюхивали воздух, но купол, усиленный двумя магами, был непреодолимой преградой для их примитивных чувств.
— Ваши эликсиры, барон, — заговорил Игнатьев, стараясь идти в ногу, — единственное, что реально работает на передовой. Не то что эта казённая бурда, — он постучал костяшками пальцев по своей стандартной аптечке.
— Рад, что приносят пользу, майор, — ответил я, продолжая всматриваться в горизонт.
Зелёный сигнальный огонь погас, отчего тревога за друга лишь сильнее сжала сердце.
— У меня на мануфактуре упор на эффективность и скорость действия, и, конечно, минимум побочек.
— Да уж, скорость… — Игнатьев кашлянул. — В бою под Новоархангельском был ранен кавалерист, кишки наружу. Дали ему ваш «первой помощи» и «кровостав». Он продержался, пока не довезли до полевого госпиталя. Обычные средства… не вытянули бы, — медик посмотрел на меня с искренним профессиональным интересом. — Говорят, готовите что-то новое? Для глубоких ожогов от магии плазмы?
Я кивнул, мысленно отмечая, насколько верной оказалась идея с демонстрационными наборами для военных медиков.
— Прототип. На основе стимуляции регенерации тканей низкочастотными магическими импульсами, усиленной каталитическим комплексом… — остановил себя, понимая, что слишком удаляюсь в дебри, глядя на слегка округлившиеся глаза собеседника, — … это сложно. Суть — ускорить заживление в разы, даже при тяжёлых магических поражениях. Испытываем.
— Быстрее бы, — пробормотал Игнатьев.
Шли мы весь день и половину ночи, делая лишь короткие привалы.
Воздушники менялись: один поддерживал купол, другой отдыхал. Кучумов шёл молча, взгляд был сосредоточен. Он постоянно ощупывал рукоять морского кортика на поясе.
