– Сразу позвонил нашему участковому – Семену Поликарповичу, товарищу Пантелееву, у нас без него никак. А уж он потом следователя из района вызвал. Мертвая, да в цветах! Набеленная вся мелом. Ну как кукла. Венок на голове.
– А что за венок? – спохватился Крымов.
Прежде он о венке ничего не слышал.
– Из роз венок был. Шипы-то бедняжке в голову так и впились. Сам видел!
– А кровь была?
– Где?
– На голове, на лбу.
– Нет, крови не было. Еще по стопочке?
– Будьте так любезны.
Щебетун налил им еще стопочке. Они чокнулись и выпили.
– А следовательно, если не было крови, уже на мертвую надели, – заметил Крымов.
– Очень может быть. Так следователь Сорокин из района и сказал, кстати. А вы как догадались?
– Из фильмов – детективы люблю. Очень люблю!
– А, ясно, – тоже кивнул Щебетун. – Утопленница-то из наших оказалась – Ксюха Петухова, местная красотка. Разбитная была бабеха. Ее богатеи из Соколиного к себе возили, как я знаю. Она их полюбовницей была.
– И чья же именно?
– Да откуда же мне знать? Чья-то, а может, и общая.
– Распутная была?
– Увы. В нее наш Ермолай был шибко влюблен, она с ним замутила и бросила его. Он говорил, все тебе прощу, только будь моей. Черныши – деревня, тут все друг о друге всё знают. Его даже обвинить хотели, но улик не оказалось. Она же на полтора года пропала, Ксюха-то наша, думали, утекла куда-то. И Ермолай так думал. На заработки потом уехал куда-то в область. А через полгода она отыскались – в этой самой лодке, набеленная мелом, в цветах, в лилиях. С этим вот венком на голове. Еще по рюмочке?
– Да я так весь ваш запас вечерний выпью, – застеснялся Крымов.
– Ничего, у меня дома много. Скажите, что хорош самогончик?
– Очень хорош, – кивнул Андрей.
– Благодарю.
Они выпили по третьей.
– Ну так вот, насчет Ксюхи, – продолжал Щебетун. – Ее прямо отсюда в морг увезли, в район, а потом мы и узнали кое-что похуже…
– Что может быть еще хуже, чем убийство женщины? – спросил Крымов.
Но сам уже знал ответ.
– А потом мы узнали, что сердце у нее вырезали.
– Это как же так?
– А так, вскрыли грудную клетку, вырезали сердце, а взамен него вложили огромную жабу, – даже понизил голос Щебетун.
– Да ну? – вытаращил глаза Крымов.
– А вот представьте себе, Григорий Григорьевич. Такое только по страшной злобе могло случиться и по большой ревности. После этого на Ермолая-то и подумали, но не угадали. Он в те дни крышу у амбара какого-то строил, за двести километров отсюда, с другими рабочими, и видели его сто человек, и никуда он не уезжал. А стало быть, кто-то другой такой страшный грех совершил.
– Стало быть, – согласился детектив. – А кто же в этом Ермолае виновника-то увидел?
Щебетун замялся.
– Ваш участковый, верно?
– С чего вы взяли?
Крымов пожал плечами:
– Но а кто еще? Он – представитель власти в этом районе, тем более – полиции. Ему и карты в руки.
– Все верно, Семен Поликарпович сразу сказал: это дело рук Ермолая. И промахнулся. Бывает.
– А тех, богачей из Соколиного, тряхнули?
– Попытались, но у них у всех алиби было. Один с женой, другой с любовницей, третий – на морях-океанах грелся да купался. Отвертелись, короче. Те еще говнюки. А я вот как раз на них думаю. Попользовали, а потом что-то не срослось. И в озеро.
– И кто же они? – теперь уже со всей серьезностью полюбопытствовал Крымов. – Говнюки-то?
– Да откуда ж мне знать? Это Семен Поликарпович знает.
– А он откуда?
– Да он все знает у нас. Кто, когда и с кем. Ну так что, рыбалочку продолжим, или как?
Тут и пришло еще одно СМС-сообщение: «Издеваешься?»
– Да нет, спасибо и за рыбалочку, и за самогончик ваш, и за рассказ, – поклонился Крымов. – Пора к моей спутнице, а то обидится. Чувствую, и так уже как на иголках.
– И вам спасибо за компанию. Свидимся, даст бог, – кивнул Щебетун. – Буду закат встречать!
Крымов поднялся на холм, подошел к машине:
– Ну, чего работать мешаешь, девочка?
Лола курила очередную сигарету.
– Вы лучше скажите, мужчина, мы как дальше-то? Домой поедем или тут останемся?
– Я пока с краеведом Василием Прыгуновым не поговорю, никуда не уеду. Сейчас к нему еще раз и наведаемся.
Кажется, темно-зеленый «Форд» сыщика Крымова уже не вызвал такого интереса, как в первый раз. Андрей еще из машины увидел, что окна дома номер три по улице Озерной закрыты. Взбежал по ступеням, постучал разок-другой, все впустую. А солнце уже медленно садилось – надо было искать ночлег. Впрочем, двухэтажная деревянная гостиница «Заночуй-ка» только и ждала таких вот редких залетных птиц, как они с Лолой.
«Заночуй-ка» предлагала гостям Чернышей первый этаж, на втором обитала хозяйка, которая представилась по-простому: «Матвеевна». Им были рады. Редкие залетные птицы.
– Так, мне первый номер, а тебе…
– Спятил? – прервала его Лола.
– Что?
– Хорошо, тебя еще не услышала эта Матвеевна. Приехал с молодой невестой и решил ее отправить в соседний номер? А, господин сыщик? – едко усмехнулась Лола. – Ты еще спроси, нет ли у них отдельных кроватей в номере для новобрачных.
