Барсик не чувствовал вкуса блюд, иронично щурился на зеркальную поверхность кухонной стены. В панели отражался миловидный юноша – белокожий, изящный, похожий на ослепительную мать высокими скулами и профилем Нефертити. Улыбался раскосыми глазами с вытянутыми зрачками и изогнутыми тонкими губами. Экзотики симпатичному лицу придавали торчащие над черными волнистыми волосами чуткие кошачьи уши и незаметные на первый взгляд вибриссы над верхней губой. Тонкие пальчики с острыми коготками ритмично постукивали по полированной столешнице. Гладкий длинный хвост подрагивал нервным кончиком. Юноша был «бастом» - новый термин взамен прежнего, анимэшного «нэко» появился двадцать лет назад, когда гениальный ученый, удачно проводивший внедрение в человеческий эмбриональный геном кошачьих ДНК, предложил свой вариант для обозначения получившихся мутантов. Ученым и социологам пришелся по вкусу термин «баст» - по имени древней египетской богини с кошачьей головой.
Барсик отодвинул пустой стакан, облизнул с губ молочные следы. Мама в юности обожала кошек и была достаточно эпатажна и взбалмошна, чтобы решиться на смелый эксперимент с собственным сыном. Не самый плохой вариант. Юноша бросил взгляд на видеопластину, показывающую длинный коридор за дверью - лучший друг Филипп гарцевал перед входной панелью.
- Вот кому я могу тебя спокойно доверить, - около Барсика появилась Эва. – В случае опасности вынесет на своей широкой спине.
Баст усмехнулся. За год дружбы Барсик ни разу не слышал, чтобы Фил позволил кому-либо сесть на него верхом.
- Добрый вечер, - бархатным баритоном поздоровался Филипп, появляясь в квартире.
Эва моментально подобралась и ослепительно улыбнулась. Необычный юноша заставлял ее включать профессиональные навыки соблазнения. Далеко пойдет этот кентавр, чудо генной инженерии. Или гениальная ошибка, кто ж теперь разберет.
Крепкие ноги с четкими сухожилиями. Прочные копыта. Широкая спина и густой светлый хвост оттенка закаленной стали. Шелковистая кожа, почти белая, такая гладкая и блестящая, что хотелось прикоснуться, провести рукой, почувствовать нежность и нервность легендарной породы. И над идеальным телом чистокровного арабского скакуна - прекрасно развитый торс юного мужчины, с мускулистыми руками и плечами, нынешним вечером упакованный в черную рубашку из натурального шелка. Темно-пепельные волосы доходили до лопаток. Серые глаза с хитринкой ярко светились из-под широких бровей. Крупный чувственный рот снисходительно улыбался. Кентавр был уверен в своей неотразимости.
- Готов, кис? – обратился Филипп к другу. Сегодня в школе они договорились вместе отметить Барсиков день рождения в престижном коктейльном баре.
Сити сиял огнями лазеров, устраивающих в черном небе световое шоу. Небо казалось недостижимо высоким, земля внизу – бездонной пропастью. Говорили, что у подножия небоскребов, где никогда не светит солнце, тоже живут люди, никогда не бывают наверху, существуют в своем замкнутом мирке, любуясь на сверкающую игру цветных молний в вышине, будто на явление природы.
Барсик и Филипп немного понаблюдали через прозрачный купол за танцами красочных лучей - сегодня обещали сильный ветер, потому Сити закрыли от неблагоприятных погодных условий силовым полем. Объемные картины в небе создавали иллюзию, что там, далеко в высоте, тоже существует веселая жизнь.
Фил потянул друга за воротник нарядной рубашки.
- Ты уже взрослый, а значит, нам нальют «Льдинку», - он многозначительно сдвинул широкие брови.
Веселящие напитки были позволены лишь с наступлением совершеннолетия, за этим в Сити следили строго.
Друзья шагнули в аэротрубу, выбрали направление к развлекательному Центру. Барсик держал друга за руку. Филипп хорошо знал все лучшие бары Сити. Они ловко маневрировали в движущемся навстречу потоке людей, потом шустро притормозили у очередного поворота и выскочили на обширную площадку, прямо под развернутое над головами фееричное лазерное представление. Филипп толкнул заинтересованного друга.
- Пошли, у нас не так много времени.
Они сидели в знаменитом молодежном баре. Играла модная музыка, на стенах мельтешили неоновые голограммы. Бармен провел ладонью по чипам молодых людей, считывая нужную информацию. Убедившись в совершеннолетии и платежеспособности клиентов, выдал коктейли и указал на свободную нишу. Наклонившись к уху парня, Филипп попросил о дополнительной услуге. Бармен кивнул головой, проводил долгим взглядом странную пару. Вокруг друзей возникла сфера невнимания, рассеивающая интерес посетителей к столику в углу.
