Барсик почти сразу понял расстановку сил в гареме Хозяина, а активное общение подтвердило его первоначальное впечатление. Гарем собирался из дани традициям, но Хозяин был далек от роли всемогущего падишаха, ублажаемого послушными красотками и наложниками. Вопреки принятому обычаю, золотые чипы гаремников не программировались на сексуальное возбуждение от образа Хозяина и понижение собственной самореализации. Покровительство Отца Сити многое давало молодым людям. Впрочем, уважение и даже восхищение по отношению к нему было вполне искренним. Престиж, роскошное жилье и натуральное питание, возможность учиться, а также серьезное материальное вознаграждение делали жизнь в гареме весьма привлекательной. За два года Барсик понял, что лишь он один испытывал к Хозяину чувства, близкие к эмоциональной привязанности. Было ли это следствием гормонального взрыва или завязки на Хозяина как сексуального партнера, или естественное соединение двух подходящих и симпатизирующих друг другу людей, Барсик не знал, а когда начинал анализировать, то путался и пугался собственных мыслей. В гареме у баста не имелось конкурентов. Близнецы Кора и Кевин, наиболее интересные Хозяину, открытые и веселые, были зациклены друг на друге и воспринимали господина лишь наблюдателем своих тайных отношений. Свит и Крейзи мечтали о карьере в шоубизнесе. Задумчивая Мари влюбилась еще до того, как ее продали в гарем и грезила о счастье с любимым человеком после выполнения контракта. Парни - Даниил и Фрэнк, увлеченные миром виртуальных игр, периодически выныривали из придуманных реальностей для незамысловатых развлечений, а может, воспринимали гарем как одну из них. Один Барсик желал общения, близости, тепла и ласки. Он единственный преданно смотрел в янтарно-карие глаза, ловил улыбки, восхищался утонченной красотой, требовал внимания, ревновал к развратным общим вечеринкам, когда Хозяин вдруг вспоминал про молодежь и устраивал действо с танцами, психоделической возбуждающей музыкой и запахами, от которых наложники быстро дурели, желали сексуальной разрядки - с Хозяином ли, друг с другом… На гневное шипение Барсика Отец Сити отмахивался, что молодым людям необходима эротическая встряска, а золотые чипы блокировали любые действия интимного характера не в отношении Хозяина. Баст понимал, но печалился, заставляя мужчину умиляться этому выражению собственнических претензий, дарить Барсику ласку и сумасводящую близость.
Филипп с шумом опустошил второй бокал, отвлекая баста от размышлений. Барсик вздрогнул.
- Ну, что у тебя за беда? – серьезно поинтересовался кентавр.
Барсик посмотрел в свой стакан с кофе. Глаза вдруг наполнились слезами.
- В гареме новый наложник, - сквозь зубы процедил он.
Филипп присвистнул.
- Ну и что? У вас, кажется, уже была перестановка? С тобой, знаешь ли, сложно конкурировать. Если только такого же найти… Но в этом нет смысла.
Барсик раздраженно дернул хвостом. Филипп был прав, изменения в гареме уже случались. Год назад, когда истек срок покровительства у Мелиссы и Тесс, и девушки выпорхнули в самостоятельную свободную жизнь, ТиКкей притащил в гарем двух очаровательных малолетних созданий - мальчика и девочку, тринадцати лет, диковатых и запуганных. Таня взяла над ними шефство и хлопотала, как над собственными детьми. Ни о каких действиях эротического характера речи быть и не могло, у ребят сложилась какая-то ужасная жизненная ситуация, о которой Хозяин с воодушевлением рассказывал отчаянно желающему спать после полученной сверхдозы плотских удовольствий Барсику. Юноша задремал на середине повествования, усыпленный ласково почесывающей уши хозяйской рукой, так и не узнав, что стало причиной появления детей в светлейшем гареме.
Зато события недельной давности заставляли его нервничать до сих пор. В тот вечер в общую комнату, наполненную запахом и шелестом цветущего фруктового сада, Таня привела новичка. Строго обвела взглядом подопечных и задержалась на Барсике.
- Это Киу, он из азиатского Бейдзина. Не задевайте его без причины. Он из покровительствующей семьи.
