— Ну вот, выходит, я такой безгранично мужественный и самоотверженный. Хотя, если честно, было там скучновато. Там даже справочник по обслуживанию кухонных комбайнов был очень востребованным чтивом.
Смех у Корсак тоже мне понравился. Серебряный ручеёк.
— Теперь понятно, почему вас в СМИ человеком — легендой называют.
— Льстят, поганцы, — скривился я. — Какая я легенда. Обычный отставной военный. Таких как я — легенд — десятки тысяч.
— У всех этих десятков по три высших награды Федерации? — лукаво прищурилась лейтенант.
— Мне повезло, — развел я руками. — Вот сержант выглядывает. Пора делать заказ.
— В вашем меню нет цен, — строго сказала Хельга, когда официант принес заказанные яства.
— Сегодня в нашем заведении для вас двоих все бесплатно, — улыбнулся парень.
— Это неприемлемо, — вспыхнул женщина. — Я обязана заплатить.
— Почему? — удивился я. — Не бойся. Никто не станет потом говорить, будто ты берешь взятки шашлыками.
— Обед здесь — это мое извинение в несправедливом обвинении господина полковника, — пояснила Корсак. — Если все бесплатно, то какое же это извинение?
— Хозяин сказал, все бесплатно, — пожал плечами официант. — Приказ, есть приказ. Я не могу взять у вас деньги.
— Придется отложить извинения до следующего раза, — засмеялся я. — И раз уж все бесплатно, как леди смотрит на то, чтоб продегустировать какое-нибудь хорошее вино?
— Я почти не пью, — призналась Хельга, стоило парню отойти для консультации с сержантом. — Алкоголь на меня странно действует.
— Что это значит? Что значит — странно?
— В юности, после первого же бокала, я садилась на спидер, и носилась по окрестностям на дикой скорости. Отцу приходилось оплачивать штрафы.
— Могу предложить штурвал своего танка, — хмыкнул я. — Ручаюсь, что такую машину вы еще не пилотировали.
— Да уж, — улыбнулась Корсак. — А вы? Как вы научились?
— Офицер обязан уметь управлять всеми видами боевой техники. Ну, кроме атмосферных бомберов и штурмовиков.
— А тяжелый десантный глайдер?
— Пробовал. Ничего сложного. Главное — не торопиться.
— Почему?
— Пассажиров тошнить начинает, — хихикнул я.
— А…
— Говорю же: могу управлять чем угодно. Любой военной техникой. А вот спидер ни разу не водил.
— Что, правда? Выпьем вина, и обменяемся техникой?
— На меня алкоголь действует по-другому, — качнул я головой. — Я наоборот. Становлюсь спокойным, как удав. Расслабляюсь. С удовольствием возьму у вас пару уроков пилотирования. Но на трезвую голову.
— А не страшно пускать за руль танка пьяную женщину?
— Вас, миссис Корсак — нет. Не страшно.
О том, что неавторизированный пилот просто не сможет разогнать тяжелую машину до действительно опасных скоростей, я говорить не стал. Не хотел заранее портить впечатление о «Вишне».
— Я уже вся в предвкушении, — честно призналась лейтенант. — Не часто выпадает случай испытать что-то новое.
— Я еще ховербайк заказал. Знакомы с таким аппаратом? Может, нужно было купить два? Полетали бы вместе над лесом.
— Тоже не пробовала, — блеснула глазами эта скрытая авантюристка. — Дадите прокатиться? Если понравится, возьму такой же себе.
— В коллекцию?
— Что вы. Какая коллекция⁈ У меня нормальное жалование. Но не миллионы талеров. У меня только спидер, подаренный отцом на совершеннолетие, и электромобиль, купленный в кредит. Но мобиль еще не доставили. Я ведь раньше служила на другой планете. Аврорское отделение еще только формируется.
— Есть информация, что экологическая обстановка на Авроре — это чей-то злой умысел?
— Планетарный Управляющий вычислил некое сопротивление инициативам, направленным на улучшение экологии планеты, — обтекаемо пояснила полицейская. — Нам еще предстоит разобраться: имеется ли злой умысел, или это примитивное разгильдяйство и человеческая тупость. За вас, господин полковник! И за то, чтоб ваш танк пережил общение с пьяной мной!
Пьяная Хельга Корсак — нехорошая.
Но мне это даже понравилось. После второго бокала женщина окончательно «сбросила» погоны лейтенанта полиции, и превратилась в хулиганку.
Время шло. Обед плавно перешел в ужин. В кафе прибавилось посетителей, которые, к вящему моему удивлению, запросто здоровались с нами. Будто мы вдруг стали старожилами этого городка. Давно и хорошо известными.
И это мне тоже понравилось.
Это входило в мою концепцию дома. Нет, не того места, где живешь. А чего-то большего. Жилище, соседи, здоровающиеся с тобой по имени продавцы в лавках. Патрульные полицейские предлагающие подвезти. Все это вместе. Все, за что стоит бороться.
Когда-то, давным-давно, у меня все это было. А потом я повзрослел, нарвался на рабский контракт с одной из корпораций, и сбежал в армию. Потому что служба Федерации отменяет любые договора с частными организациями. У меня не было другого выхода, но я ни о чем не жалею.
