— Кстати! — осенило меня. — Во время критических ситуаций у меня иногда словно второе дыхание открывалось. В одном случае мне показалось, что я оттолкнул врага, не касаясь его, в другом — чудом попал в уязвимую точку… А после боя ощущал такое чувство опустошенности в груди?
— Я не так хорошо разбираюсь в людском даре, но слышала, что необученный маг способен непроизвольно использовать магию…
— В ту злополучную ночь, во время нашествия нечисти из-за Черной Длани, я мог что-то почуять и поэтому проснулся?
— Не исключено…
— Вот же балбес! — хлопнул я себя по лбу. — Столько подсказок ведь было, а я только сейчас осознал, когда мне об этом сказали прямо в лоб. Надо было сразу проверить себя на всякие аномальные способности. Хотя… все случилось и к лучшему, — задумался я. — Ведь узнай я о даре, скорее всего, бы бросил дело работорговца и вполне мог угодить в лапы Ордена.
— Кто ты такой, Хоран Мрадиш? — вопросила Лиетарис серьезным тоном, придя в себя.
— Гений, работорговец, ловелас, филантроп, — ответил я без запинки. — Тот, кого скоро будут называть: колдун ебучий! Кши-ши-ши-шиуши!
— Наконец-то и меня зачислили на факультет Скуффендуй!
— Отвратительно, — выдохнула ушастая. — Почему дар достается недостойным?
— Понятия не имею. Я-то более чем достоин. Ты вообще извиниться не хочешь, Лиечка? Чуть не подставила хозяина, почти проболтавшись о браслете!
— Извиняться перед малышом? — приподняла она бровь. — Для чего? Тем более, артефакт вам так и не пригодился. Вы наконец выяснили, что обладаете даром. Если бы послушались меня в прошлый раз, поняли бы, что браслет — подделка. Никакую ауру он вам не создает. Еще бы во время проверки в Фентларде стало понятно, что у вас есть дар. Меня следует поблагодарить!
— Разбежалась, — хмыкнул я. — Ты явно хотела от меня избавиться. Так что необходимо придумать новое наказание… Дай-ка подумать…
Во мне боролась моя основная личность и наследство Мрадиша. Предыдущий владелец лупил эльфиек нещадно. Что я могу придумать особого, чтобы принудить их играть по моим правилам? Ничего, что бы как-то сочеталось с остатками моей морали и чести. Морить голодом или калечить основную боевую единицу — такое себе решение. Да и, говоря по правде, из-за Ниуру или Лии я особо не злился, поскольку понимал, что их ненависть направлена не конкретно на меня, а скорее на прошлого Мрадиша. Остальным слугам же я давать спуску не собирался.
В голову ничего дельного так и не пришло.
— Голой по улицам… А вдруг нападение? — протянул я задумчиво. — Ладно, пока что можешь оставаться в доспехах. Лия, ты знаешь, как разговаривают кошки?
Мелкие питомцы и здесь сосуществовали с людьми, правда, они были двухвостыми и значительно опаснее: с длинными когтями и шипами на обоих хвостах. Я предпочитал не приближаться к ним, поскольку на меня они сразу шипели, словно завидев страшного демона.
— Кошки? Ня-у? — неуверенно протянула Лиетарис.
— Отлично. Будешь добавлять это в конце каждого предложения. А к себе обращаться как недостойная.
— Что за чушь… ня-у. Не-недостойная не будет заниматься такой ерундой… ня-у!
— Скажи спасибо, что хозяин милостив, ведь наказание могло быть в разы страшнее. А неплохо, мне нравится! — похвалил я. — Возможно, теперь мы наконец найдем на тебя покупателя с особыми фетишами. Осталось только кошачьи ушки докупить, и образ будет полным. Кши-ши-ши…
Лиетарис покраснела от негодования и пробормотала про себя что-то крайне нелестное в мой адрес.
Итак, с чего бы начать? Куда двигаться в первую очередь? Хоран имел весьма смутное представление о магах, как и я. Судя по всему, недостаточно просто купить волшебную палочку или посох и раздавать огненные оплеухи направо и налево. Это скорее прерогатива эльфов. Хорошо устроились ушастые — знай себе, развивай свой дар и становись сильнее. Чародеям, судя всему, приходилось долго и упорно тренироваться.
— Как думаешь, за месяц смогу обучиться на мага? — протянул я задумчиво, рассматривая бесконечные торговые ряды и человеческую толчею.
— Недостойная полагает, что малыш-червь никогда не сможет обучиться на мага, няу. Уж тем более не за месяц, няу. Отвратительно-няу. Не заставляйте больше недостойную говорить, няу.
Лиетарис сразу стала менее разговорчивой. Вряд ли ее можно будет перевоспитать, но меня в любом случае забавляли ее стыдливые кривляния.
Я решил поискать другой источник информации. Сейчас мне не хватало даже базовых сведений. Подождав и поискав глазами, я смог вычленить из толпы типа, который больше всего походил на мага. В широкополой шляпе, в плаще, с массивным посохом и с амулетами на шее.
— Прошу прощения, сударь, а вы случаем не маг? — обратился я.
— Ничего не покупаю! — откликнулся он резко.
— Я всего лишь хотел задать вам пару вопросов, испить источника вашей великой мудрости! Помогите магу-аколиту разобраться со своим только открытым даром…
Мужчина в шляпе даже остановился от неожиданности и осмотрел меня с головы до ног:
— Только открытым даром? Магические способности открываются в младом возрасте, сударь.
