Бесноватая толпа инфернальных созданий неслась за нами словно голодный студент за бесплатной просрочкой. Монстры выбегали из лесных зарослей, стелились над разбитым проселочным трактом. Черные глаза их горели тьмой погибели. Шум движения большой орды смешивался с рычанием и странными визгами, которые издавали оголодавшие твари.
Три фургона нашего небольшого каравана быстро набрали ход. Трясло повозки нещадно, подкидывая на каждой кочке. Это тебе не асфальтовый автобан. Проселочная дорога не располагала к скоростным скачкам. Да и гурды не могли развить огромную скорость. Разве что Мякотка могла бы вырваться вперед, но вынуждена была притормаживать из-за медленной передней повозки. В любом случае мы бросать фургоны не собирались.
В основном нам противостояли упыри-люди. Мертвого зверья было мало. Во время Гиблой ночи обычно обратные пропорции. В основном поселения атакуют мертвые звери, которых, разумеется, никто и не думает подвергать кремации. Люди хотя бы следят за тем, чтобы сжечь трупы.
По всей видимости, воинство так располнело, поскольку к нему присоединились убитые жители Кавескиса, о котором предупреждали стражи. Если нечисть будет сносить все города на своем пути, то в теории может разрастись до по-настоящему грозной силы. Словно чума или темная саранча, которая пожирает и уничтожает все на своем пути.
Как они здесь оказались — неясно. Говорили ведь, что орду видели возле западных границ, а мы ехали чуть ли не в центральной части баронства. Куда местные правители смотрят? Толпы нечисти разгуливают по территории, словно у себя дома!
Сотни упырей неслись за нами по тракту. Бежала нечисть с приличной скоростью, сравнявшись с запряженными в повозки гурдами. Думаю, на прямой гурда они бы не обогнали, но фургоны их замедляли. Мало-помалу они нас нагоняли.
— Впереди должен быть город! — выкрикнул я. — Мы должны успеть!
Обычные упыри приближались к каравану медленно, однако среди нечисти объявились какие-то усиленные монстры. Элитные мертвяки. Они были крупнее и проворнее рядовых собратьев. Бежали словно зверье, отталкиваясь всеми четырьмя конечностями. От них исходили мощные эманации тьмы. Даже на расстоянии я это чувствовал.
— Валите шустрых! — скомандовал я и достал гримуар.
Молния задержит тварей ненадолго, так что я прибег к Световому Лучу, который адаптировал лишь недавно. Как знал, что заклятье может пригодиться. Да, к стихии света моя мана подходила плохо, но все-таки колдовать я мог. Слепящий желтый луч вылетел в сторону врага и вонзился в усиленного мертвяка. Упырь не стоял на месте, я держал его в прицеле. Гад задымился и даже загорелся, но все-таки спалить дотла мне его не удалось. Упырь все время двигался, а Световой Луч требовалось хотя бы несколько секунд подержать на цели. Тогда он прожжет проклятую плоть насквозь и сразу подпалит.
— Горите, во славу огня! — отправляла Ниуру в упырей жирные огненные сгустки.
— Вот так веселье началось, шхуну мне в бухту! — задорно воскликнула старуха Гинсу.
Чародейка принялась точечно отправлять огненные шары в преследователей. Ей было проще попасть, поскольку магичка находилась в последнем фургоне. Улучшенное мной плетение, работало на отлично. Чародейка оранжевого ранга могла поджечь монстра с первого попадания.
Бедолага Френ выкрикивал бессвязные речи, вспоминая свою покойную матушку, и активно погонял гурда.
Впрочем, главной нашей ударной силой все равно стала Ниуру. Огненные сполохи эльфийки летели быстро, били точно и с каждым попаданием поджигали нечисть. Прокачка дала свои плоды. Ниуру, пускай и ненамного, но стала сильнее, и пересекла определенную грань. Раньше она не всегда с первого раза поджигала нечисть, теперь же била достаточно уверенно.
Даже элитные упыри, которые непонятно откуда появились, начинали гореть ярким пламенем. Нечисть так легко не умирала, но, по крайней мере, пожар ее замедлял, и очередной преследователь отставал.
— Бейте по ногам, если сможете! — зарядил я лучом по конечности монстра.
Удар вышел слабым, однако ногу твари мне повредить удалось. Усиленный упырь чуть захромал и сразу потерял скорость. Минус один преследователь.
Сердце кровью обливалось, видя такое потенциальное богатство. Сколько осколков можно собрать с нечистого воинства. Правда, самые ценные шли со жрецов и одаренных, и тем не менее. Если уничтожить орду, то можно будет прокачать многих из нашего отряда. Но, конечно, нельзя делить шкуру неубитого упыря. Лучше сосредоточиться на спасении.
Ветер свистел, обдувая мою лысину, фургон подпрыгивал на ухабах и опасно кренился на крутых поворотах, из-за чего я с трудом удерживался на скамье возницы. Подаренные султаном повозки справлялись на отлично, насколько это возможно при столь отвратной дороге. Ниуру часто отвлекалась от вождения, однако Мякотка и сама понимала, что ей надо делать. Гурдиха уверенно тащила фургон, держась позади передней повозки.
Кровь кипела! Последний раз такой ажиотаж я испытывал во время безумной погони в Левенштильде. Давно мы в таких переплетах не оказывались!
