Что если я наконец смогу вкусить плоды любви после стольких недель скитаний? Хоран Мрадиш заслужил свое вознаграждение! Да и чего я так переживаю? Ульдантэ — моя слуга, которую я для этого и купил по сути. Думал, что мне хватит только ее силы для достижения эффекта, но раз она сама не против, кто я такой, чтобы отказывать даме? Тем более, в случае отказа Ульдантэ вполне может схватиться за свой молот.
Будем считать это чем-то вроде лечебной практики во время лунного приступа. Хоран Мрадиш будет изгонять бесов из бедной эльфийки. Благородный поступок с моей стороны. Кши-ши-ши!
Лунная меня чуть прилюдно не изнасиловала, так что я спешно переместил нас в хозяйский фургон. Где Ульдантэ сразу пустилась во все тяжкие. Холодная ранее Лунная эльфийка стала безумно мягкой и податливой в моих руках. Позволяла делать все, что заблагорассудиться. И уж я оторвался по полной! За все те месяцы унижений и шуток про вялый стручок!
Уф, грудь Ульдантэ — это одно из местных чудес света. Хороши не только на вид, но и на ощупь. Мягкие, но при этом упругие. Оружие стратегического назначения. Как бы после таких изысканных блюд меня не перестало тянуть на более непритязательную пищу. Впрочем, все эльфийки хороши по-своему!
Правда, хватило меня всего на один раунд. Затем сила Лунной ослабла и уже не смогла поднять Мрадиша-младшего, не сумела побороть проклятье. Но достижение пика стало для меня сродни глотком свежей воды для путника, месяцами бредущего через знойную пустыню.
Ну а что Ульдантэ? Ульдантэ получала удовольствие со своим нареченным без остановки. Я долго продолжать основное действо не смог, тогда как Лунная оставалась еще дико голодной. Но, как гласит народная мудрость, пока у мужчины есть пальцы на руках или язык, он остается мужчиной. Ульдантэ получила от меня сполна. Правой руке с парой отсутствующих пальцев как раз нашлось применение.
Опасался, что ненасытная эльфийка будет требовать от меня ласк всю ночь, но вскоре запал Ульдантэ иссяк. Какое-то время Лунная лежала в кровати бездыханным трупом, не реагируя на внешние раздражители. На мои замечания все также никак не отвечала. Затем поднялась и, пошатываясь, словно лунатик, покинула хозяйский фургон. Я проследил за тем, чтобы Ульдантэ не ушла в лес. Убедившись, что эльфийка в безопасности, и сам я отправился на боковую. Фокусатор для Френа так и не доделал, но по этому поводу совершенно не печалился. С легким сердцем поменял прокачку на короткую ночь любви с лунным созданием и готов был повторить, сколько угодно.
Засыпалось превосходно.
[Ульдантэ Витеру]
Эльфийка сладко потянулась, почувствовав на своем лице пробивающиеся в маленькое окошко лучи утреннего солнца. Зевнула и принюхалась. Слуги уже готовили завтрак. В теле ощущалась приятная легкость и небольшая усталость.
Осознание пришло не сразу. События вчерашней ночи плавали в тумане. Ульдантэ не до конца понимала, где реальность, а где вымысел. Лунный приступ действительно сильно на нее повлиял. И раньше подобного с ней не случалось. Да, полная Кайа немного выводила Лунных эльфов из равновесия, меняла их настроение, но не до полной потери контроля над собой. Да еще и воспоминания после приступа остались обрывочными.
Лишь спустя несколько секунд эльфийка пришла к страшному пониманию: она переспала со своим мастером. С человеком! Большего унижения и вообразить сложно. Да еще и с кем! Жалким бродячим работорговцем!
— Ох-хо… — простонала она, схватившись за голову.
Ульдантэ знала немного про ритуал, но не представляла, что он так сильно бьет по голове. Она почти полностью потеряла контроль над собой.
Кто угодно, но только не Мрадиш!
Разум начали посещать мысли суицидальной направленности, но Ульдантэ решительно выкинула их из головы. Только подумать: она наконец полностью сломала свой ошейник и избавилась от влияния магии подчинения, и в тот же момент попалась на крючок своей лунной природы. Если бы Мрадиш не сказал нужные слова в тот момент, их пути бы разошлись, и она бы оказалась далеко. Продолжила расследование и узнала, почему за Кайя-Терис идет неостановимая охота.
Ульдантэ выползла из фургона на свет и обозрела окружение. Прошлым вечером из-за влияния Кайи она плохо ориентировалась в пространстве. Караван остановился в живописном местечке неподалеку от невысокого водопада и бурной речки, с порогами. Шелестела листва высоких деревьев, по небу проплывали кучерявые облачка. Утром в Амаркасе прохладно, так что Ульдантэ накинула на плечи плащ. В Анкилату ей понравилось больше. Холод не донимал Лунную эльфийку, здесь же приходилось кутаться в кучу слоев одежды. Впрочем, если бы она пряталась под плотным капюшоном в Нарибии, возможно, на нее бы не положили глаз рабовладельцы, и она не очутилась рядом с мерзким человечишкой по имени Хоран Мрадиш.
— Хорошо спалось, подстилка Лунная? — донеслось язвительное замечание от Красной эльфийки, помешивающей варево в котелке.
— Попридержи язык, Красная, — хмуро выдала Ульдантэ.
