Я поднял голову. Рюкзак мне выдал мордоворот в военной форме оливкового цвета с тремя полосками на погонах и бело-сине-красным флагом на рукаве.
— Спасибо, сержант.
— Удачи, пацан, — хлопнул меня по плечу другой сержант, помоложе и с сочувственной миной на физиономии.
Какой я вам пацан, мне сорок пять лет!
Не успел я возмутиться вслух, как заметил руки. Несколько секунд понадобилось для осознания, что это именно мои руки: узкие, с длинными пальцами и бледной кожей. Молодой кожей. И голос…
— Спасибо, — сказал я и снова услышал это почти мяуканье.
Орать, что произошла ошибка, и прочее смысла не имело. Оставалось дождаться, когда меня оставят одного, и попытаться разобраться самостоятельно.
Я огляделся по сторонам. Впереди уже закрытый город, в обе стороны тянулась городская стена, позади, в пятистах метрах темнела стена леса. Что за средневековая полоса отчуждения, удивился я. Но солнце припекало, пришлось в лес и идти. Посижу под липкой, подумаю о том, куда меня занесло и почему у меня не мои руки и голос.
Липку я не нашел, сел под березкой. Начало июня, если судить по цвету листьев и отсутствию ягод. Плохо, если в рюкзаке не найдется еды. Но сначала главный вопрос: кто я и где? Это не тот Орёл, откуда я вылетал двадцать минут назад. И где там тот голос в голове? Я расслабился и прислушался.
Но ничего не услышал. В прошлый раз это был ответ на вопрос. Видимо, просто так он болтать не будет. Попробуем.
— Кто я? — начал я с главного.
«Александр Образцов, бывший граф, девятнадцать лет, серый маг. Отец сидел в совете города Орла, недавно погиб при невыясненных обстоятельствах. Сашка вошел в совет вместо него, но ему это было не интересно. Сослан в Пустошь за заговор против князя Голицына, правителя города Орёл. Обвинение в заговоре сфабриковано, чтобы освободить место для другого аристократа», — сообщил тот же голос, каким говорил и я.
Но погодите! Какой граф, какая Пустошь⁈ Какой заговор? И… серый маг? Это как, какая ступень? В своем мире я был магом первой ступени, самой высокой.
В голове тут же возник список: десять цветов, где серый самый слабый, а черный самый сильный. У каждого мага есть перстень с камнем, который и показывает уровень.
Я посмотрел на руки снова. Да, на среднем пальце левой руки надета печатка с лунным камнем. Попадос. Утешало только, что можно усилиться со временем.
Но как я сюда попал?
И тут же получил ответ. Не голосом — я просто знал. Мы с этим парнем — две версии одного человека из разных миров. Я в своем почти погиб при нападении на самолет, а этот тут совсем помер от страха во время зачитывания приговора. То, что я получаю сейчас, есть остаточная память этого труса. Да, он был трусом, лентяем и прожигателем жизни. Его род благополучно загнулся, а он не хотел ничего, только развлекаться. Вот и доигрался. Даже магию не развивал, так, пил раз в месяц слабый эликсир, чтобы Искру поддерживать, и все — зачем, если за пределы города носа не кажешь? А ведь мог бы попасть в академию, если бы напрягся. Попадос.
Теперь я знал, что на вопросы у меня очень мало времени — всего несколько минут и память улетит следом за душой. Хорошо, тогда самое важное: что за Пустошь?
«Пустошь — дикие земли, населенные монстрами».
— Что за монстры?
«Разные». И мелькание образов от хищных растений до драконов.
— Насколько они опасны, есть ли польза?
«Они убивают людей. Польза есть. Из частей тел монстров создаются эликсиры для взаимодействия с Искрой магии».
Час от часу. В голове возникло понимание местной магии. У мага есть Искра, она определяет начальную силу. Маг создает и употребляет эликсир. Эликсир определяет вид магии — усиление себя, возможность творить огонь, манипулировать с предметами и прочее и прочее. И даже проникать в чужие мысли. Действие эликсира не безгранично. Использовать одновременно можно только один. По-па-дос. Но хотя бы я знал общие принципы создания эликсиров, хотя прежний хозяин тела сам никогда их не варил, только покупал.
Да, в Российской Империи, как называлась тут моя страна, наличие магии у человека автоматом делало его аристократом. Потому они тщательно следили за своим потомством.
Итак, я аристократ, изгнанный из города умирать в диких землях. Попадос.
Но я не тот, кого выгнали, кто трясся от страха так, что остановил себе сердце. Я выживу. Вернусь и они узнают, насколько были неправы!
Теперь надо как-то рассмотреть себя. Мда. Ручки тоненькие, грудь тощенькая, ножки — две палочки. Волосы светлые, растительности на лице нет. Видимо, таким я мог бы быть и в своем мире в девятнадцать лет, если бы вместо спортивного зала ходил по барам. Ну что же, если меня не загрызут те самые монстры, то физически я форму наберу быстро. С магией сложнее. Я посмотрел на печатку.
Серый камень с шестью маленькими пчелками. Какая прелесть. Да, Алексашка, не оправдал ты своего герба, вот и выперли тебя другие пчелы аки трутня.
Что же, я другой, всего в жизни добился сам. И здесь добьюсь. Пустошь или нет, а жить везде можно. Главное, выжить. Осталось изучить содержимое рюкзака.
