Стоп. А куда это я пошел? Насколько я понял, реагенты добываются из всех монстров. Да, одни более полезны, другие менее, но мне сейчас нужны все. Я вернулся к тушке жука и снова наклонился, задумчиво вертя в руке кинжал. Интересно, что с него можно взять? Курсы местных алхимиков я не проходил, потому оставалось рассуждать логически, исходя из знаний общей биологии. Которую я проходил в школе много лет назад. Попадос… тьфу, прицепилось. От этого парня осталось, что ли? Так, ладно.
Очевидно, что самое ценное, его кислотную железу, я собственноручно уничтожил. Так, что еще есть из особенностей у насекомых? Лапы у них со щетками или липучками, да фиг знает, но они позволяют держаться на вертикальных поверхностях. Берём.
Одной рукой я осторожно взял уцелевшую лапу и ножом начал отпиливать её. Или надо было вырвать с корнем? Хотя зачем, если прилипает он только верхней частью?
Пилить пришлось несколько минут, но в итоге кусок конечности оказался у меня в руке. Присмотрелся — правда пилка. Ради эксперимента я подвесил ногу на дерево — повисла. Интересно, получится ли что-то. Так, что еще есть у жуков?
Панцирь для защиты? С сомнением я все же отковырял кусок хитина и убрал в сумку. Да! Ещё же крылья. Вот с ними сложнее. Пришлось повозиться, отодвигая верхнее жесткое крыло, но в итоге удалось добраться до прозрачного и тонкого и срезать его. Вроде, всё.
И только когда поднялся, понял, что вокруг слишком тихо. Медленно обернулся и встретился взглядом с… зайцем⁈ Да, тело у него заячье, только размером он с аргентинского дога. А ещё резцы не видны, зато видны клыки. И рога как у козла. Лапы тоже заячьи, но заканчиваются острыми когтями, что больше подошли бы волку. Попадос.
Я не двигался и смотрел на него с охотничьим ножом в левой руке и рюкзаком в правой, откуда торчала нога жука. Такого точно не сбить волной, это не жук. И он явно быстрее насадит меня на рога или загрызет, чем я проткну его кинжалом. Да уж, эдак пожелание того седого, а теперь я знал, что его зовут князь Павел Голицын, глава Орла, побыстрее умереть может сбыться. И как раз до заката, как пророчествовал сержант.
И что же делать? Зайцы не лазают по деревьям, но я сомневался, что если залезу на дерево, он просто махнет лапкой и уйдет. Нет, интуиция подсказывала, что он останется сидеть и ждать, пока я упаду от усталости. Не пойдёт. Что ещё я знал о зайцах?
Хотя нет, кое-что я знал о природе: на каждого хищника найдётся более сильный хищник. Конечно, самый сильный хищник человек, но если у него есть оружие, а его-то у меня пока и не было. А значит что? Значит надо искать того, кто заинтересуется зайцем. А для этого…
Надо бежать!
И я побежал сквозь бурелом и кусты куда глаза глядят и не глядят. Куда-нибудь, создавая как можно больше шума в надежде, что на него выйдет большой и страшный хищник, который заинтересуется зайцем больше, чем мной.
Я ломился через кусты, перепрыгивал поваленные деревья. И всё бы хорошо, только я забыл, насколько нетренированно это тельце. Я выдохся уже через две минуты. В ушах стоял писк, по телу катился холодный пот, в глазах темнело. А заяц не отставал.
Несколько раз я цеплялся за корни и падал, уклонялся от радостно налетавшей твари, поднимался на дрожащих ногах и бежал дальше. Ветки хлестали по лицу, но я только прикрывал глаза.
А потом ноги подкосились и я едва не влетел в паутину, растянутую меж двух осин. Нити толстые и крепкие, полотно мне до середины груди. Большая. Каким же должен быть паук⁈ Если бы я в неё влетел, порвал, но выпутываться пришлось бы долго.
Думать было некогда — я увидел шанс. Заяц как раз проломил заросли. С трудом, но я поднялся. Колени тряслись. Я развернулся, увидел его красные глаза. Он оттолкнулся. Я прыгнул в сторону. Снова упал. И услышал испуганный заячий писк.
Поднялся и увидел, как он бьётся в паутине и сам себя запутывает всё сильнее.
— Приятного аппетита, паучок, — искренне пожелал я и перевёл дыхание.
Беглый осмотр себя показал, что всё не так плохо. Да, я весь исцарапан, но штаны не порвал, только испачкал в траве. Из потерь — жучиная лапа сломалась во время очередного падения и та часть, что вылезала из рюкзака, осталась где-то позади. Ну и ладно, часть щётки осталась, на эксперимент хватит. Знать бы ещё, какие нужны ещё реагенты. Может, в памяти тела что-то осталось, а то я в своём мире химией не занимался.
На краю зрения что-то двинулось. Я поднял голову и увидел паука. А, теперь понятно, почему паутина такая большая. Паук с чёрной шерсткой… или как это у них называется… немногим меньше самого зайца, спускался с ближайшей осины.
Благодарить его за паутину и жать мохнатую лапу я не собирался, а то ещё не так поймёт. Потому взвалил рюкзак на плечо и медленно пошёл в чащу леса. Не туда, откуда прибежал, а дальше.
