Когда они с Сяолуном отправились на руины, я подошёл к лежавшим на полке свечам. Вот, что ещё нужно сделать, как только преобразователь разовьётся до второго уровня, — электрогенератор. И провести в дома нормальное освещение. Свечи — это, конечно, романтика, но зрение портить незачем. Да и в плане безопасности огонь в доме — так себе решение. Пожары мне тут не нужны.
Прихватив складной стул, я вышел на крыльцо и уселся так, чтобы видеть, как миньоны копают землю под фундаменты будущих зданий. Слаженная работа в строгом соответствии с чертежами, никаких лишних движений или перерывов на отдых. Любо-дорого посмотреть. Жаль только, что нельзя ускорить процесс. А то как было бы здорово наблюдать за тем, как постройки вырастают прямо на глазах.
Через некоторое время я заметил в воздухе некое существо. Оно летело над деревьями, приближаясь к домам. И летело как-то странно.
Загадка разрешилась, когда объект оказался над платформой. Это был дрон. Он парил беззвучно и, конечно, либо снимал участок, либо транслировал изображение. Так-так… Кто-то следит за деятельностью нового проектировщика. Нехорошо. Сейчас мне скрывать особо нечего, но позже придётся запустить рой своих квадрокоптеров. В том числе, боевых — сбивать таких вот незваных гостей.
Дрон пролетел над бараками и устремился в сторону Мадоны. Не иначе, кто-то из моих соседей проявляет любопытство. Возможно, Лобанов. Но не факт.
— Ваше благородие!
Повернув голову, я заметил спешащего ко мне отца Филарета. Под мышкой он держал библию, на поясе болтались длинные чётки из сушёных ягод.
— Ваше благородие! — повторил он, приблизившись. — Совсем забыл предупредить! — и голос, и лицо священника выражали полное смятение. — У вас же тут дети!
— И что? — спросил я, не понимая, почему этот факт произвёл на миссионера такое странное воздействие.
— Как что, сын мой⁈ — взмахнул рукой отец Филарет. — Им же школа нужна! А я не сказал!
Да что ж такое… Не понос, так золотуха.
— И кто будет в ней преподавать? — поинтересовался я.
Учителей на Фронтир заманить непросто. Даже государственные субсидии и подъёмные не очень-то помогают решить нехватку педагогических кадров.
— Я, конечно!
Значит, школа будет церковно-приходской. Что ж, почему бы и нет? Всё равно я не вижу очереди из учителей, желающих поработать у чёрта на куличках.
— Хорошо, отец Филарет. Не стоит так волноваться. Я включу школу в план застройки. Если поставлю её возле церкви, нормально будет?
— Чудесно! — заметно расслабился миссионер. — Просто замечательно! Детям нельзя в невежестве. Но когда, сын мой? Когда ты начнёшь её… О, Боже! — прервал он сам себя, глядя в сторону развалин. — Что ж это такое-то⁈
Поднявшись, я выглянул за угол дома и увидел Сяолуна.
Камердинер был не один. Он уверенно и неумолимо тащил за шкирку изо всех сил упиравшегося человека. А в другой руке нёс рюкзак.
— Думаю, вам лучше удалиться по своим делам, отец Филарет, — проговорил я.
— Но кто это? И что вы собираетесь с ним делать?
Ни на один из этих вопросов я пока не знал ответа, но было совершенно ясно, что в любом случае священник здесь сейчас лишний.
Пленник Сяолуна брыкался и матерился, пытаясь вырваться. Разумеется, у него не было шансов.
— Это же насилие! — воскликнул миссионер. — Сделай что-нибудь, сын мой!
— Кажется, я попросил вас уйти. Не все мои дела вас касаются.
— Но…
Видимо, пришло время поставить священника на место.
— Отец Филарет, — отчеканил я холодно. — Когда я иду кому-то навстречу, то рассчитываю на ответную услугу.
Миссионер воззрился на меня в недоумении. Я дал ему время осознать сказанное. Наконец, до него дошло.
— Хорошо! — проговорил он.
И пошёл прочь, размашисто шагая.
Спустя пару минут Сяолун дотащил своего пленника до меня. Теперь было видно, что под глазом у того наливается синяк, а нижняя губа разбита.
— Это покушение! — выдохнул незнакомец со смесью испуга и вызова. — На убийство! Вы ответите по закону! Я просто заблудился!
— Покушение — это нехорошо, — серьёзно проговорил Сяолун. — Звучит так, словно я не довёл дело до конца.
Мужик съёжился, опасливо переводя взгляд с него на меня.
— Что случилось? — спросил я камердинера.
— Этот человек прятался в развалинах недалеко от вышки, хозяин. Ждал, пока мы с Василием уйдём. Я заметил его и решил, что вы захотите с ним побеседовать.
— Ничего я не ждал! — выпалил пленник. — Просто шёл по своим делам. Я не знал, что нарушаю границы частной собственности. Отпустите меня немедленно!
— И куда же вы шли, любезный? — осведомился я.
Отмазка, учитывая существование вышки, которую нельзя не заметить, звучала максимально нелепо.
— Это моё дело! Я не обязан отчитываться!
— Давай-ка взглянем, что у него там, — сказал я, протягивая руку.
Сяолун вручил мне рюкзак.
— Не имеете права! — взвился мужик. — Это незаконный обыск! Я буду жаловаться!
— Это как угодно, — проговорил я, открывая молнию.
— Прекратите! — пленник дёрнулся, но хватка у камердинера была железная.
Одного взгляд хватило, чтобы понять, что в рюкзаке находится взрывное устройство. Небольшое, но мощное и готовое к работе.
Я поднял взгляд на пленника.
