— Да уж, будь любезен. И оденься. Какого чёрта ты расхаживаешь по дому в таком виде?
— Ещё и при дамах, — осклабилась Ярила.
— Ты никакая не дама! — процедил дворецкий. — И вообще, что за вид?
— Она самовыражается, — сказал я.
Аватар кивнул.
— Именно. Зацени мой муд, бро. Внешнее проявление мятущейся души, проходящей становление…
— У тебя нет никакой души, — чеканя каждое слово, проговорил Сяолун.
Ярила изобразила, будто ей в сердце попала стрела.
— Чья бы корова мычала, — не растерялась она. — Ты просто лейм, бро. Можно открыть форточку, а то здесь становится трудно дышать?
— Иди уже, — сказал я Сяолуну. — Мне больно на тебя глядеть.
— Не представляю, почему, — вскинувшись, заявил дворецкий. — Я велю подавать вам завтрак, хозяин. Ванну придётся ждать дольше. У нас ведь до сих пор нет водопровода.
И он с достоинством скрылся за дверью.
— Чёртов скуф! — презрительно сказала, глядя ему вслед, Ярила. — Весь муд заруинил. Но я врубаюсь, почему ты его держишь, хозяин.
— Неужели?
— Ага. Он забавный. Не ор и не рофл, но сойдёт. Лол, кароч. Ну, или он твой соулмейт. Надеюсь, что нет. Это было бы печально, потому что ты, вроде, ничего. Чекни его на всякий случай на обновления. Похоже, он подзакис. Ладно, мне пора, — она спрыгнула с дивана, потянулась и исчезла.
И как теперь вытряхнуть это из ушей?
Позавтракав и приняв ванну, я оделся и вышел на улицу.
Солнце светило изо всех сил, на лазоревом небе — ни облачка. Красота.
По посёлку ползали миньоны. Одни таскали стройматериалы, другие — возводили здания и прокладывали трубы. Работа кипела. Свинцовая ферма и сборочный цех нехило так подросли, что не могло не радовать.
Но меня интересовала добыча смарагда. Поэтому я отправился на шахту — поглядеть, как успехи у бригады кабальных. Ну, и сколько зелёных кристаллов удалось вырубить.
Работа шла полным ходом. Возле шахты стояли тележки с выработанной рудой — бесформенными кусками изумрудного цвета. Поодаль виднелись сторожевые миньоны.
— Ваше благородие! — ко мне широким шагом направлялся Арсений в белой каске и рабочем оранжевом комбинезоне. — Пришли посмотреть, как идут дела?
— Ни убавить, ни прибавить, — ответил я, окидывая взором машины, ползающие по руднику. — Сколько уже добыли?
Бригадир взглянул на планшет, который держал в руках.
— Почти полторы тонны, ваше благородие. Шахта неглубокая, добывать смарагд легко. Богатая жила, насколько я могу судить.
— Рад слышать. Что нужно поставить в первую очередь?
Арсений принялся перечислять, объясняя, для чего что понадобится. Сразу было ясно, что специалист он толковый и отлично понимает, что делать.
— Хорошо, постараюсь вас обеспечить в кратчайшие сроки, — кивнул я, когда он закончил. — Когда сдадим первую партию, получите зарплату. Разумеется, большую часть имперский банк вычтет в счёт долгов. Но над этим я не властен.
— Конечно, — кивнул Арсений. — Мы понимаем. Всё по закону.
— Ладно, работайте. Если что — информируй.
— Само собой, ваше благородие. Спасибо.
— Пока не за что.
— Ваше благородие… — бригадир вдруг смутился. — Я хотел спросить… если позволите…
— Смелее. В чём дело?
— Моей жене скоро рожать. Госпожа доктор сказала, вы собираетесь поставить в больницу оборудование…
— Не волнуйся. Сборочный цех уже строится, и начну я именно с наполнения лазарета.
— Спасибо! — просиял Арсений. — Большое спасибо, ваше благородие.
Покинув рудник, я не пошёл домой, а направился в центр развалин. Было ещё одно важное дело, которым я собирался заняться.
Размышления привели меня к выводу, что Исчадие на развалинах что-то держит. И это не гастрономический интерес. Оно даже мальчиков не сожрало, а попыталось превратить в чудовищ. Возможно — чтобы отвлечь меня.
Добравшись до того, что некогда было городской ратушей, я уселся на кусок поваленной стены, на которой ещё оставались выцветшие вывески, вытащил из кармана солнцезащитные очки и надел их, создав, тем самым, тень на глазах. Пора заняться поисками монстра всерьёз.
Где бы он ни обитал, глупо прятаться в подвалах и прочих замкнутых пространствах. Если нагрянут серьёзные противники вроде меня или егерей, такое место превратится в ловушку, а Исчадие не производило впечатление тупой твари, одержимой жаждой убийства. Нет, этот противник был умён. Не знаю, как так получилось, но Гниль не превратила свою жертву в безумную гору уродливой плоти, оставив только примитивные инстинкты.
Я был уверен, что Исчадие прячется глубоко под руинами Мадоны. В канализации — там, где можно легко перемещаться по городу.
Сосредоточившись, я приступил к поискам. Мои глаза проникали сквозь тени, лежащие под землёй, в недрах города. Я скользил по влажным тёмным тоннелям, коллекторам, над стоячими тухлыми водами, заглядывал в самые мрачные и отвратительные закутки этого заброшенного лабиринта.
Метро в Мадоне отсутствовало, и это облегчало поиски, сужая круг.
Вот только радиус действия моего Дара был меньше размеров города. Так что через некоторое время пришлось встать и перейти в другое место, чтобы охватить новые части подземных коммуникаций. А затем — ещё раз, и ещё.
