За спиной донесся звериный рык, и, развернувшись, я увидел, как Гуннар попытался вырваться из рук монолитовцев, за что тут же получил прикладом по голове. Правильно, насчет него никаких распоряжений не было, а характер свой пусть показывает дома.
— Женя, нашего гостя тоже в кандалы, только аккуратно, — я усмехнулся, — все-таки внук герцога как-никак.
— С удовольствием, господин, — начальник моей охраны быстро выполнил мой приказ, и через несколько минут мы тронулись в сторону поселка, благо ехать осталось пару минут.
По приезду я определил Бьерна и его людей в казарму к моей охране, предварительно избавив их от всех артефактов и устройств связи. Артефакты Василий тут же отнес Моисею, старик пообещал разобраться с ними в первую очередь, а вот телефоны я оставил себе.
— Тяф! — Белый заскочил на кровать рядом со мной и уставился на меня своими голубыми глазами, словно спрашивая: «Ну и что дальше, хозяин?» А я и сам не знал, что дальше, точнее, знал, но не сильно этого хотел.
— Ну что ты на меня так смотришь? — я уставился на волчонка насмешливым взглядом, — сейчас позвоню, мне и самому интересно, что скажет этот старик. Главное, чтобы он ответил, а чтобы это точно случилось, я знаю, с чьего телефона должен идти вызов, — усмехнувшись, я нашел среди пяти устройств телефон Бьерна и, найдя в контактах нужный номер, набрал его. Момент истины, ха-ха!
Несколько долгих секунд шли просто гудки, а потом на той стороне подняли трубку.
— Слушаю, — голос собеседника не был похожим на голос старика, но тут как раз ничего удивительного и нет. Браслеты хоть и никак не связаны с лекарским направлением, но в них столько силы, что просто одним своим присутствием они могут дать человеку больше жизни.
— Герцог Пален? — я усмехнулся. — Алексей Бестужев тебя беспокоит, слышал про такого?
— Значит, Бьен попался, — спокойно произнес Пален, — что ж, Бестужев, я слушаю тебя.
— Э, нет, это я тебя слушаю. Зачем ты чужими руками мой род уничтожил, я понимаю, но не понимаю, какого черта ты ко мне своего внука послал, — я сделал короткую паузу, — он же ведь еще сопляк, а если бы я его убил?
— Но не убил же? — в голосе старика появилась угроза, — послушай, Бестужев, Бьерн — моя кровь, и если с ним что-то случится, то я…
— Что ты? — я прервал старика. — Ты истребил род Бестужевых, а теперь смеешь что-то вякать, старик? Или думаешь, уровень архимагистра тебе что-то дает? Или мои браслеты, которые ты постоянно прячешь под длинными рукавами?
— Откуда ты знаешь? — этот вопрос явно вырвался у него быстрее, чем он понял, что сделал глупость.
— Это уже не важно, — я включил громкую связь и положил телефон на стол, — сейчас куда важнее то, что в моих руках твой внук, и я могу сделать с ним то же самое, что ты сделал с моим родом. Хотя, знаешь, убивать сопляка мне не сильно хочется, может быть, поменяешь свою голову на его?
— Послушай внимательно, Бестужев, — герцог явно был в ярости, — тебя сейчас спасает только то, что ты подданный другого государства, но даже так я могу тебя достать. Только посмей тронуть внука, и я сотру тебя и твой поселок с лица земли! — после этих слов он бросил трубку, а я глянул на Белого, что внимательно слушал весь разговор, навострив уши.
Конечно, волчонок ничего не понял из него, но ему и не надо. А вот я понял многое, и главное из всего этого только одно: времени у нас осталось немного, точнее, у меня. Что ж, я не буду тратить его впустую.
Густав был в ярости. Этот сопляк Бестужев умудрился выбесить его всего лишь несколькими фразами, а ведь герцог считал себя спокойным, даже холодным человеком. Но тут появился враг из прошлого, и все спокойствие пошло чертям под хвост. Взяв телефон, старик набрал номер сына.
— Карл, зайди ко мне, — после звонка герцог отложил телефон в сторону и начал думать.
Сейчас лучший вариант — это была поездка к королю. Адольф не посмеет ему отказать в таком вопросе, тем более что де-факто конфликт начал именно Бестужев. Прикрыв глаза, старик мысленно выругался. Он столько раз крутил у себя в голове это все, но реальность, как всегда, оказалась чуть иной.
— Отец, — Карл ввалился в кабинет, пылая гневом, — только не говори мне, что мой сын у Бестужева, я прошу тебя, не говори этого!
— Он в плену, — герцог взял себя в руки, — я собираюсь поехать к королю, чтобы требовать разрешение на войну с Бестужевым. Уверен, что как только я его получу, этот русский сопляк мгновенно отпустит Бьерна, но войну это не остановит. Я лично приду за ним и возьму его в плен. Для всех мы будем выглядеть благородными людьми, а в нашем замке ему быстро развяжут язык. От тебя требуется лишь одно, сын, поднять войска, пока я буду у короля. Многого не надо, тысячи бойцов будет достаточно, ты меня понял?
— Понял, отец, — Карл кивнул, мужчина унял свой гнев, вновь поверив в отца. Старик еще ни разу не ошибался, и Карл надеялся, что и на этот раз этого не будет.
