«Лагуна» оказалась типичным барчиком из глубокого Подмосковья.
С соответствующим контингентом. Впрочем, Филиппу на окружающих было плевать. Они с Максимом засели за столик в углу, спрятавшись за раскидистым фикусом в кадке. Ларин настоял на том, чтобы угостить парня пивом, хотя себе взял коньяк.
— Тебе хотя бы восемнадцать есть? — фыркнул он, когда Макс попросил чего-нибудь покрепче.
— Девятнадцать, — тот обиженно надул губы, но в итоге согласился хотя бы на пиво. Спаивать несовершеннолетнего Филипп не собирался. А так хотя бы что-то можно.
Вообще он не знал, о чём конкретно говорить с Максимом. Делиться с ним личными переживаниями? Да они пару дней знакомы и поездка в такси — их самое долгое общение. С другой стороны, он тоже гей и он в курсе про них с Данилой.
Фил не был любителем обсуждать свои отношения, даже с Игорем это случалось редко. Наверное, потому, что и отношений-то обычно не было. А тут как-то всё пиздец непонятно. Да и молодой парень, скорее всего вообще ещё девственник, вряд ли даст дельный совет. Но уж больно хотелось выговориться.
— Так что у вас случилось? — Максим оказался любопытным малым и не выдержал первым. Решил сунуть нос.
Филипп повертел в руке рюмку с коньяком, всё ещё взвешивая «за» и «против», а потом выпил её содержимое залпом.
— Первое, я знаю, что твои родители знакомы с Данилой, поэтому, если они что-то узнают, тебе пиздец, понял? — Макс часто закивал, хороший мальчик, понятливый. — Второе, никто в городе не должен знать, что Орлов, ну, из наших. Я, конечно, тот ещё мудак, но настолько портить жизнь ему не хочу. Знаю, каким дерьмом это может вылиться.
— Я и сам знаю, — Максим поёжился и повёл плечом. У этого парня явно была и своя не самая радужная история, не зря же Данила так о нём пёкся. Но её Фил послушает как-нибудь в другой раз.
— Хорошо, раз уж мы всё прояснили, думаю, можно излить душу, — Ларин криво улыбнулся и подлил себе коньяка.
Он без утайки рассказал Максу, как случайному попутчику в поезде, о том, что у них происходило. Какой-никакой, а он тоже парень. Наверняка, хотя бы влюблялся, понять должен.
Не то чтобы Филипп влюбился. Вовсе нет. Это просто фигура речи.
— Ты втрескался в него, да? — Максим закинул в рот несколько солёных орешков и хитро улыбнулся.
Вот блядь.
— Глупости не говори, — Филипп усмехнулся. — Это в твоём возрасте одна романтика на душе, а мне просто понравилось его тело и аура неприступности. Но я решил забить хер буквально сегодня утром, а то что было вечером, ты сам слышал.
Фил провёл рукой по волосам, взъерошив их. Воспоминания отозвались в теле приятной дрожью. Жалел ли он о том, что случилось? Ничуть. Ему было хорошо. Он бы повторил ещё не раз. Но желательно без взаимной ненависти и злости. Хотя это и добавляло немного адреналина, но если между ним и Данилой ещё что-то будет, то только с обоюдного согласия. И желательно по инициативе Орлова.
Пошёл он нахер, такие предложения делать, как сегодня. Нашёл, блин, разменную монету.
Филипп снова завёлся.
— Мне кажется, он просто боится, — Максим пожал плечами. — Ты ведь свалишь обратно в Москву, а ему тут что?
— Так говоришь, будто я ему неземную любовь предлагаю, — Фил закатил глаза. — Потрахались для удовольствия и разбежались. А он из себя неприступную крепость строит, при том что сам хочет.
— Может он не привык, ну, без чувств?
Нет, всё-таки чувствовалось, что Макс — совсем ещё мальчишка. Одна романтика в башке. Но его слова заставили Филиппа задуматься.
— Ты не в курсе, кстати, почему он вообще здесь оказался?
— Неа, — Максим мотнул головой. — Батя в курсе, они хорошо общаются. А меня не посвящали. Знаю только, что там какая трагедия случилась. Ну и шрам у него остался, ты сам видел.
— Угу, видел, конечно, — невесело хмыкнул Филипп. У него на этот шрам иррационально стояло вообще-то. — Ладно, что мы всё обо мне. Давай, рассказывай, что там у тебя с личной жизнью?
— Да скажешь тоже, личная жизнь, — Максим совсем скис. — Не лучше, чем у тебя. С одногруппником на вечеринке позажимались, подрочили друг другу. А теперь он морозится. Даже не написал ни разу. Пидор.
— Он по девочкам? — Фил понимал прекрасно, ситуация классическая. И если тот пацан типа «натурал», то Максу может быть очень неприятненько.
— Да я за весь год ни с кем его не видел. Ладно, пошёл он нахер. Не хочу о нём говорить.
Они поболтали ещё о разной ерунде, и время приблизилось к полуночи.
— Вот чёрт, — Максим проверил часы на телефоне. — Мне домой пора. Мамка наругает. Тебе вызвать такси?
— А тут гостиницы нет? — возвращаться к Орлову домой сейчас совсем не хотелось.
Но услышать ответ Макса Филипп не успел. Он случайно поднял голову и увидел входящего в бар Данилу. Очень злого, одетого во всё чёрное Данилу.
Дерьмо.
Орлов подошёл к их столу и навис сверху.
Максим, заметив его, сглотнул и поспешил поздороваться:
— Данила, привет.
— Здравствуй, Максим. Тебе не пора домой?
— Да, — тот закивал. — Я уже собирался. Пока, Фил. Приятно было поболтать.
— Ага, спасибо за компанию, — тот криво улыбнулся и махнул рукой.