Чудовище буквально раздавило двоих раненых, приземлившись на них. Затем несколькими ударами лап разметало оставшихся коммунаров и издало кошмарный рев, наверное, означавший радость победы. Но оно просчиталось!
Комиссар Лавриков и его верные помощники вовремя развернулись к врагу и вскинули свое оружие. В этот решающий миг товарищ Лавриков наконец-то сумел разглядеть врага, возвышавшегося от него в каких-то пяти шагах.
Больше всего монстр походил на невозможную помесь человека и медведя. Невозможную прежде всего потому, что гибрид человека и зверя создать нельзя. Так что, скорее всего, это все-таки был человек… доисторического вида! Во всяком случае, советские и иностранные ученые с недавних пор все чаще склоняются к мысли, что в некоторых малонаселенных районах планеты вполне могли сохраниться незначительные популяции древних гуманоидов. Об этом же косвенно свидетельствуют и многочисленные легенды и предания самых разных народов — от эвенков и чукчей до эскимосов и индейцев Южной Америки…
Так вот, товарищ Лавриков с восхищением и гневом рассматривал чудовище, а оно разглядывало людей. И вдруг взгляды человека и монстра встретились. И впервые в жизни комиссар почувствовал, что его охватил не просто страх, но некий первобытный, неуправляемый ужас. Не помня себя, он кинулся прочь, бросив бесполезный наган, и не увидел, как храбрый комсомолец Петрищев вскинул винтовку и с яростным криком выстрелил в упор во врага, убившего его товарищей.
Видимо, тяжелая пуля все-таки нанесла чудовищу рану, причинила боль, потому что оно оглушительно взревело и мгновенно исчезло в темноте.
Петрищев и Бездетных пытались отыскать пропавшего в ночи товарища Лаврикова, но не нашли. Вернулись к месту сражения и с горестным чувством убедились, что больше никто из коммунаров не выжил.
— Что будем делать? — спросил Петрищев.
— Нужно выследить эту тварь и убить! — решительно предложил Бездетных. — Ты же видел, что он ранен?
— Раненый зверь вдвойне опасен, а мы совсем не знаем здешних мест. Он легко может устроить нам засаду.
— Хорошо. Тогда давай вернемся в Ивашкино и организуем с помощью участкового облаву!
На том они и порешили. Однако в деревне так и не появились. Организованная товарищем Потапенко через несколько дней поисковая партия добралась до сгоревшего скита, но ни одного тела коммунаров не обнаружила. Зато нашла пару сломанных ружей и уже начавший ржаветь наган комиссара. А когда возвращались обратно в деревню, на окраине болотца наткнулись на оборванного немощного и совершенно седого старика, бормотавшего одну и ту же непонятную фразу:
— Хозяин урмана забрал свою дань…
Старика привели в поселковый совет, кое-как отмыли, заодно осмотрели остатки его одежды и с изумлением обнаружили в кармане истрепанной рубахи партбилет на имя Лаврикова Игната Петровича, 1887 года рождения…»
Я дочитал последний абзац и закрыл книгу. Читать рассуждения автора по поводу того, быль это или небыль, не стал, наперед представляя его беспомощные потуги втиснуть мистику в рамки марксистского мироустройства. По мне, так всё описанное более чем правдоподобно, учитывая, что я уже успел узнать об этом загадочном таежном феномене.
А ведь Андрюха оказался прав, предположив, что в рассказе нашел отражение след того, кого мы скорее всего и ищем! Что ж, тем более стоит съездить, так сказать, на место событий и попробовать разобраться со всей этой запутанной и кровавой историей!..
Утром в день выезда раздался звонок мобильника.
— Мое руководство, — сказал Аркадий, не поздоровавшись, — согласилось на ваши условия, но выдвинуло свои.
— И вам доброго утра, — усмехнулся я. — Что у вас там еще придумали?
— С вами поедет наш сотрудник — капитан Михаил Сотников. Он давно работает по Берову, так что в курсе ситуации и к тому же коренной бакчарец.
— Только никаких начальственных потуг! — честно предупредил я. — Не терплю, знаете ли…
— Мы знаем ваши личностные установки, Дмитрий Алексеевич. Полная демократия в отношениях нами гарантируется. — И Аркадий повесил трубку.
— Приятного вам дня, — сказал я мобильнику и пошел упаковывать рюкзак.
Куваев явился ровно в восемь — свежий, сосредоточенный и в приподнятом настроении.
— На чем поедем?
— Чур, я за рулем! — быстро сказал я.
— Ладно-ладно, — отмахнулся он. — Солдат ребенка не обидит. Рули, мальчик!
— Спасибо, дяденька. Только вы памперсы захватите, а то я быстро поеду — вдруг вы испугаетесь?
Мы оба расхохотались, и в этот момент в дверь позвонили. На пороге стоял высокий поджарый парень лет тридцати, скуластый, с темно-русыми волосами и внимательными, болотного цвета глазами — в общем, типичный сибирский метис.
— Михаил, — широко улыбнулся он и протянул руку.
— Дмитрий, — невольно в ответ улыбнулся и я. Уж больно искренней оказалась у парня улыбка.
Мы вернулись в комнату, и я познакомил гостя с Дюхой. Михаил был одет по-походному: потертые джинсы, футболка, ветровка, видавший виды рюкзак — ну, вылитый турист-пешеходник. Впрочем, мы с Куваевым выглядели примерно так же.
