А вот для чего. Имущество низших разрядов по сути башмаки да комбинезон. Как в таком случае отличить более достойных от менее? Поэтому разработана система ступенчатого распределения благ, стимулирующая карьерный рост. С каждым разрядом прибавляются бытовые удобства. Вкусная каша, душ, одноэтажная койка вместо нар, личная тумбочка… Ну а ещё выше — отдельная комната, предел мечтаний низших разрядов. О высших и речи нет. Говорят, что в жилищах трёхзначных этих комнат даже несколько, и в одной из них стоит огромное корыто с водой, но это уже слухи. Как можно знать, кто это видел? Слуги, работающие в жилищах высших разрядов, с технарями вроде меня никогда не видятся. Общение происходит между коллегами, ну, между начальником и непосредственным подчинённым… Посторонние связи всячески пресекаются. Недаром выпускников воспиталищ рассылают в разные стороны, и никто не знает, куда. Я даже не знаю нынешних номеров тех, с кем рядом учился — нам их присвоили уже после выпуска.
Я усмехаюсь. Странные мысли стали вертеться в моей голове после того приступа сумасшествия. Сумасшествия ли? Вот и сейчас такое же точно ощущение, будто в голове присутствует кто-то чужой…
Что-то вдруг изменилось в мире. Я словно раздвоился, и тот, чужой, смотрит на мир моими глазами. Дешёвый пластик душевой кабины, потемневший от грязи — плохо работает уборщик, дождётся хлыста от контролёра…
«Это опять я».
Мне неожиданно становится легко и спокойно.
«Я ждал тебя, Внутренний голос».
В мутном, облезлом зеркальном покрытии на двери душевой кабины я вижу нас. Два в одном.
«Ты действительно ждал».
«Я много думал, Внутренний голос. Теперь я могу ответить твёрдо. Да, я согласен».
Шелестящий бесплотный смешок.
«На что именно?»
«На всё. Ты должен знать, раз ты мой Внутренний голос. Этот мир должен пасть».
Пауза.
«Этот мир падёт без всякой посторонней помощи. Я попытаюсь его спасти».
«Что должен делать я?»
«Думать. Пока только думать. Научиться думать, это главное. Дальше всё будет проще».
«Не думаю, что дальше будет так легко».
«Я не сказал — легко. Я сказал — проще».
Пауза.
«У меня нет никакой информации. Нас учат только тому, что может пригодиться для работы».
«Информация у тебя будет».
В хлипкую пластиковую дверь душевой кабины колотят с той стороны, и чувство раздвоения пропадает.
— Эй, ты там заснул? Или помер наконец-то?
— Сам вперёд не сдохни! — громко огрызаюсь я.
Взрыв в голове!
Я открываю глаза. Сквозь тающие цветные пятна проступает лицо Динны.
«Мы всё уловили, Рома. Спасибо тебе».
«Это же мой долг».
«Всё равно спасибо. Это очень любопытный приём, с зеркалом. Раньше никто не применял его».
