Вскоре из-за поворота тропы показались трое уманов, они настороженно озирались по сторонам, сжимая в руках оружие. За ними шли еще двое тащившие тела погибших, помещенные в черные мешки. Стволы турелей зажужжали, поворачиваясь в их сторону, пискнула система опознавания и захвата целей.
— Что за… — это все что успел сказать один из уманов, прежде чем длинная очередь турели скосила его. Уман, что шел самым последним, быстро бросил края тяжелого мешка и задним прыжком, перекувыркнувшись через спину, перекатом ушел из зоны обстрела.
— Тварь… перепрограммировал турели… — яростно рыкнул уман, луч надствольного фонарика шарил по ночным зарослям, выискивая цель. Рагнок спрыгнул вниз прямо перед уманом. Боец на секунду опешил, Охотник взмахнул рукой, ствол автомата увело, очередь ушла куда-то в небо, сверху посыпалась сбитая листва. Следующий удар рассек автомат на две неравные половинки, мужчина едва успел отскочить, острые клинки лишь слегка оцарапали бронежилет на груди. Отбросив ставшее бесполезным оружие, уман выхватил из ножен у бедра длинный широкий десантный нож. С трудом увернувшись от очередного выпада Охотника, он подскочив к нему вплотную, пока тот выпрямлялся в замахе, всадил клинок тому в грудь до половины, прежде чем огромный кулак обрушился на его лицо. Джунгли огласил громкий вой боли. Мужчина, пошатываясь, стоял перед яутом, сжав в руке нож, глаза заливала кровь из рассеченной брови, губы и нос превратились в кровавое месиво, с презрением сплюнув кровавую слюну вместе с выбитыми зубами, десантник предпринял отчаянную атаку, что-то яростно прорычав в адрес Охотника.
— Сердце у меня не здесь тупица — насмешливо рыкнул Рагнок уману, выставив вперед клинки, лезвия вышли из спины умана и тот бессильно обмяк, повиснув. Обработав неопасную глубокую колотую рану, нож умана не задел жизненно важных органов, яут занялся своим первым трофеем.
***
Чтобы добраться до перрона скоростного монорельса, им пришлось по путаному пути обходить заблокированные отсеки, за которыми царила подозрительная тишина, минуя обширные помещения техоблуживания.
— Ксены нас не трогают, от андроидов убежим. Интересно, почему шустрых носителей вроде нас не спешат вернуть в инкубатор?
— Червячки вылупятся, вырастут и займут подобающее место в иерархии улья, никуда не денутся, так зачем суетиться? — резонно заметила Вероника, внимательно поглядывая по сторонам. Ким только вздохнул, чувствуя нарастающее с каждым часом давление в груди и легкую тошноту. Они проходили через ремонтный цех, сюда перегонялись вагоны, производилась замена деталей, или просто проводился плановый техосмотр. Как раз один такой состав на путях стоял неподалеку, ожидая, когда придут рабочие и произведут ремонт. С потолка свисали цепи с крюками крепления, в дальнем углу сиротливо стоял погрузочный бот. — Ким далеко нам еще идти?
— Сейчас зайдем за этот вот контейнер с какой-то не распакованной хренью и ты увидишь свет в тоннеле, то есть в коридоре. Здесь немного темновато, — ответил Ким, сверившись по карте.
— Да вроде нормально — пожала плечами Вероника. Далеко впереди замаячил выход, ребята невольно ускорили шаг. Ким вздрогнул от внезапного звука, словно нечто тяжелое и массивное спрыгнуло сверху на сетчатую поверхность переходов над их головами.
— Вероника… — начал он, задрав голову, зрение на миг помутилось, и Ким вдруг неожиданно для себя понял, что висит в воздухе, а ноги его не достают до пола примерно на метр и беспомощно болтаются в воздухе. Крикнуть, чтобы предупредить девушку об опасности он не смог, горло словно зажали в огромные тиски, которые он безуспешно пытался разжать, пальцы ощутили нечто горячее и покрытое чешуйчатой кожей под сеткой. Вероника с воинственным возгласом ударила по пустоте подобранным где-то куском цепи и быстро отскочила. С треском из воздуха появилась фигура Охотника, окинув презрительным взглядом зараженного умана, он отшвырнул неинтересную дичь, и медленно двинулся к воинственной самке, что посмела на него напасть. Сверху раздалось пронзительное шипение и на хищника свалился ксеноморф, противники покатились по полу клубком, оставляя на ребристом металле светящиеся зеленые и дымящиеся кислотой капли своей крови.
