– Карстен Бёмер рассказал. Пришел с этой газетой и показал статью… – Доктор Гебауэр вздохнула. – Знаете, Бёмер хороший парень, но, наверное, слишком доверчив и связывается не с теми людьми. Крюгер позвонил ему, чтобы попросить денег. И при встрече рассказал, как пообщался с прессой. Это было еще вчера. Бёмер ему не поверил, пока не увидел фотографию в газете… – Она устало пожала плечами. – Что сказать? Здесь и без того хаос, а эта статья лишь все усугубляет.
– Если вам это поможет, я бы попросила сенатора замолвить за вас доброе слово. Я сейчас у нее в немилости, но вряд ли ей хочется, чтобы у вас после этой истории были неприятности. Она хоть и резкая, но справедливая.
Заведующая отмахнулась.
– Спасибо, не нужно. Я могу за себя постоять. – Она усмехнулась. – По счастью, в больнице вечно не хватает персонала. Даже если б начальству захотелось, никто меня отсюда не выставит. Главный врач хоть и вспыльчивый, но вообще мы с ним ладим. До завтра он остынет.
Лаура облегченно улыбнулась. Ей нравилась эта женщина, которая с такой решимостью боролась за благополучие своих пациентов.
– А вот мне нужна ваша помощь… – Она достала из сумки фото первой жертвы. – Вы узнаёте эту женщину? Три недели назад ее нашли на контейнерной площадке супермаркета. Мы полагаем, что за ее убийством стоит тот же самый человек.
У доктора Гебауэр дернулись брови.
– Боже мой! Я-то думала, хуже быть уже не может…
Она взяла фотографию и нахмурила лоб. Через некоторое время покачала головой.
– Очень жаль, при всем желании не могу припомнить ее. Оставьте фотографию, я покажу коллегам. Может, кто-то ее узнает…
– Это было бы очень хорошо. Если появятся новости, звоните в любое время.
Лаура поднялась и на прощание пожала заведующей руку, после чего направилась в квартиру Евы Хенгстенберг.
– Ты разочаровала меня, Ева.
…Слова по-прежнему звучали у нее в голове и усиливали боль в указательном пальце левой руки. Рана пульсировала под тугой повязкой…
– Я думал, ты порядочная девушка и тебе можно доверять, – добавил он. – Придется преподать тебе урок…
После этого занес молоток и одним ударом сломал ей палец. При воспоминании об этом у Евы перехватило дыхание.
– Ты хочешь боли? – спросил мужчина и взял за подбородок, так что ей пришлось посмотреть на него. – Мужчинам обязательно тебя бить, чтобы ты их уважала? – Казалось, он действительно задет. – Чтобы это было в последний раз!
Он по всем правилам обработал ей рану. У Евы даже возникло впечатление, что это и в самом деле далось ему непросто. С другой стороны, Фрэнк вел себя так же, и через пару дней от сожалений не оставалось и следа. Вряд ли похититель чем-то отличался в этом смысле…
Ева перевернулась на бок и посмотрела на дверь. Он не заглядывал к ней уже целую вечность. На туалетном столике стоял поднос с едой и водой. Может, он больше не хочет ее видеть?
Ева пребывала в смешанных чувствах. Страх в ней боролся со стыдом. С одной стороны, она боялась этого человека. Но ведь до того случая он обходился с ней вполне хорошо. Ева понимала, что разочаровала его своей попыткой к бегству. В конце концов, незадолго до этого она разбила окно. Неудивительно, что в какой-то момент он потерял самообладание. Фрэнк уже после разбитого окна измордовал бы ее до полусмерти. Незнакомец же предоставил ей новую комнату, а ей не пришло в голову ничего лучше, как при первой же возможности попытаться сбежать… Это действительно не очень-то благодарно с ее стороны.
Ева поднялась, заглушив в себе эти предостережения. У нее просто не осталось сил. И почему только она не умерла в туалете ресторана… Ева потерла забинтованные запястья. Кто бы мог подумать, что смерть приходит так долго! Она предполагала, что перережет вены и умрет за несколько минут. Но даже не потеряла сознание и наблюдала поднятый вокруг нее переполох. Все то время Ева лежала на полу и надеялась умереть. «Скорая» приехала слишком быстро. Санитары спасли ее, прежде чем хотя бы капля жизни покинула ее тело.
Внезапно послышался стук. Ева удивленно обернулась. Значит, он все-таки вернулся? Но дверь так и оставалась закрытой, и шагов из коридора не было слышно. Ева снова легла, но тут вновь услышала стук.
Откуда он доносился?
Ева спрыгнула с кровати и прислушалась.
Она взглянула на стену и присмотрелась к старомодному радиатору. Тот столько раз перекрашивался, что краска каплями застыла на поверхности. От него в пол уходили две трубы.
Звук разносился по трубам.
– Эй! – крикнула Ева и испуганно зажала рот ладонью. Что, если он услышит? Наверняка ее снова накажут…
Стук между тем усилился.
– Кто там? – прошептала Ева и прижалась ухом к радиатору.
И действительно, ей ответил тихий голос. Происходило это в реальности или она понемногу теряла рассудок?
– Эй, я Ева, – произнесла она в изгибы труб и прижалась ухом к холодному металлу.
– А я Паула.
У Евы подскочил пульс.
