— Милару не на что было бы надеяться, не будь вас, — решительно оборвал магистр. — Я видел, как вы отогнали призрака. Роэн сказал мне, что изгнание не имело успеха. Признаться, я усомнился в его словах. Но теперь вижу, что мой внук действительно в большой опасности. Благодарю за то, что пытаетесь помочь.
Граф тем временем позаботился о чае, и мы покинули спальню Милара, чтобы разместиться в гостиной за обширным столом.
— Вы не знаете, кого-то, кто мог бы причинить Милару столь сильный вред? — спросил я через какое-то время.
Магистр Вион нахмурился.
— Роэн рассказал мне, что на него напали где-то за городом. Но я более не судья, прошло уже достаточно времени. Если бы кто-то хотел отомстить мне, он имел возможность сделать это раньше.
— Может быть, раньше Милар был слишком юн, и еще не было решено, что он пойдет по вашим стопам, — заметил Даль. Магистр Вион задумался. Да, ведь Милар не сможет стать судьей, поскольку у него открылся магический дар. Но ведь об этом никто не знает. И если кому-то не понравилось, что династия Вионов продолжит играть важную роль в Инквизиционном корпусе…
Об этом действительно стоило подумать.
— Милара умышленно перенесли с места нападения. Мы далеко не сразу узнали, где все случилось, и тело Гланы так и не было найдено. Мы полагаем, что кто-то забрал его для того, чтобы продлить мучения Милара. Он оказался связан с девушкой, когда проклял ее… или этот неизвестный совершил какой-то ритуал, чтобы закрепить связь. В конце концов, вы видите, в каком состоянии Милар.
Магистр Вион покачал головой.
— Это отвратительно. Если кто-то желает отомстить мне, он должен был напасть на меня, а не на моего внука!
— Но если кто-то считает, что по вашей вине пострадал его ребенок… — начал Даль и улыбнулся в ответ на пристальный взгляд магистра.
— Я судил многих, — признал магистр тяжело. — В том числе и юных аристократов, жаждавших признания, власти, пораньше вступить в наследство. Некоторые ради подобного пытались обратиться к демонической магии. Но все это были справедливые приговоры. Не представляю, чтобы кто-то таил обиду так долго…
Справедливость приговора еще не означает смирения с потерей — вот о чем я подумал.
— Если я что-то узнаю, сообщу вам в первую очередь, — пообещал магистр. Очевидно, он не собирался сидеть сложа руки.
Я кивнул.
— Магистр Вион, могу я задать еще вопрос. Несколько лет назад вы узнали, что мастер Талгар пытается лечить инквизиторов-практиков при помощи амулетов, в изготовлении которых использовалась демоническая магия. Вы запретили мастеру продолжать.
— Откуда вам это известно? — недовольно спросил магистр. — Это тайна, которая не подлежит разглашению.
— Мне пришлось выяснить эту тайну не по собственной прихоти. Недавно на меня напали прямо в Дом-в-тумане. У тех людей были при себе были медальоны, и их узнал мастер Талгар. Точнее, он предположил определенное сходство. Поэтому я хотел бы спросить…
— Я не отвечу! — оборвал магистр и, смягчившись, пояснил: — Я услышал вас, господин Марн. Новость скверная, как я и говорил, это тайна, распространение которой нежелательно. Однако с ваших слов выходит, что кто-то пошел дальше в применении опыта мастера Талгара. Я обязательно все это проверю. И разумеется, доложу обо всем королю. Но вы не принадлежите Инквизиционному корпусу, я не буду обсуждать с вами внутренние дела.
— Но ведь Ольден пострадал, — напомнил Даль. — Ответьте хотя бы, куда делись те амулеты, которые использовались мастером Талгаром?
— Ими впредь никто не смог бы воспользоваться, — ответил магистр Вион. — Это не могли быть они!
— Нет. Мы предполагаем, что эти амулеты использовались по-иному.
— Как же?
Даль улыбнулся.
— Боюсь, эти сведения — тайна, связанная с делами Отменяющего и подлежат оглашению только в присутствии короля.
— Даль, прекрати! — попросил я. — В амулетах был заменен сердечник, магистр Вион. Это… сделало их более опасными. Но это действительно тайна, которую я могу доверить лишь королю.
— Чего хотели люди, которые осмелились напасть на вас? — спросил магистр Вион.
— Мне это неизвестно.
— Что же… дело действительно выглядит скверно, — заключил магистр Вион. — Даю вам слово, господин Марн, если мне станет известно что-то, я сообщу либо вам, либо королю, а уже он будет решать, доверить ли вам эти сведения.
— Благодарю вас, магистр.
— Не стоит. Я должен вам гораздо больше за помощь моему внуку. Вы не отвернулись от него, несмотря на то, что он применил демоническую магию… Однако я не совсем понимаю, почему вы поступаете именно так. Спасти человека только для того, чтобы передать его в руки палачей…
Граф хотел возразить, но магистр Вион поднял руку, заставляя его молчать. Невесело усмехнувшись, бывший инквизиционный судья произнес:
— Я прекрасно понимаю, что ждет Милара… Но если он будет жив, у нас останется хоть какая-то возможность спасти его от казни. Поэтому, что бы там ни было, спасибо.
Повисло тягостное молчание, которое трудно было вытерпеть.
— Это отвратительно. Если кто-то желает отомстить мне, он должен был напасть на меня, а не на моего внука!
