Напряжение нарастало — волшебница была уже слишком близко, еще десяток шагов и она испепелит его дотла. С каждым ее шагом сердце Корнела начинало биться все чаще, отдаваясь где-то в горле. Ладонь, держащая меч стала влажной, и он стал понемногу выскальзывать из его руки. Казалось, еще чуть-чуть и рука его дрогнет, но случилось непредвиденное. Шею Минуэй обхватила чья-то сильная рука и повалила ее на землю. В эту же секунду огненный шар угас и испарился
— Ну что дамочка, закончила свои фокусы! Корявая улыбка появилась на лице Чака. Навалившись на нее, он как можно сильнее сжимал ее кисти*
* В Акмелонии волшебники могут применять магию, только в случае если их ладонь раскрыта, а руки свободны.
— О боги, а ты то откуда вылез! Ну от тебя и воняет! Возмутилась Минуэй, попытавшись оттолкнуть его от себя
— Будто ты будешь розами пахнуть после месячного похода нна! — Лежи и не дергайся, пока я тебе руки не переломал!
— Хватит! Раздалось как гром среди ясного небо
Обернувшись, они заметили стоявшую на дороге королеву в сопровождении нескольких гвардейцев.
— Вам что, мало смертей на сегодня!? Так вы решили еще друг друга перебить? Возмутилась Элизабет
— Моя королева нна, как же так, у нас эльфы разгуливают, а вы их защищаете? Не хорошо это как то нна! произнес Чак, продолжая удерживать ладони Минуэй на земле
— Между прочем именно благодаря ее храбрости и силе духа многие из жителей вернулись домой целыми и невредимыми! — Ксайла наш друг! Она рисковала жизнью, придя сюда!
Черный генерал медленно опустил свой меч. Во взгляде его Ксайла уловила нотки сожаления за свой поступок. Она судорожно провела влажной ладонью по своей шее, убедившись, что не поранилась. Встав, она принялась отряхивать свою одежду от пыли.
— Если мы будем и дальше так собачиться, то о какой победе над волшебным народом может идти речь!
— Тоже мне, великий оратор, сорвалось с губ Минуэй
— Погоди, твой голос мне знаком, кто ты? Элизабет медленно приближалась к Минуэй
— Моя королева нна, эта женщина опасна, будьте осторожны! Выражая свою заботу произнес Чак
— Моя королева нна, тьфу ты, передразнивая Чака повторила ее фразу Минуэй
Минуэй, это ты??? Элизабет протерла глаза, чтобы лучше видеть — Неужели это ты? Там, на стене, когда ты низвергала на головы врагов молнии! — Я чувствовала, что это ты! Это была ты! В глазах юной королевы стыли слезы. От вида реакции королевы руки Чака медленно разжимались.
— Да отвали ты уже! Оттолкнув от себя Чака, произнесла Минуэй
Элизабет пала на колени и обняла сестру — Ты спасла нас всех от смертельного плена! Я буду вечно тебя благодарна! Минуэй скривила недовольную рожу и неловко попыталась вывернуться из объятий. Такие проявления чувств были чужды для нее и ей было крайне неловко
Удивленные генерал и Чак в недоумении переглядывались, не понимая что это за волшебница такая, что перед ней сама королева пала на колени
— А вы товарищ генерал! Элизабет встала и медленно подошла к Корнелу Увидев ваши штандарты и то, как вы сражаетесь, солдаты воспаряли духом и их уже был не остановить! Все мы, спасли сегодня целое королевство, действуя сообща! Как же вы это не понимаете! Глаза королевы немного остекленели от переполняющих эмоций.
— Я очень рада что мы пришли к согласию, а теперь нам нужно отдохнуть, завтра нас ждут великие дела!
Глава 33: Обухом по голове
Растекшийся в своей горячей ванной мятежный владыка волшебного народа был подобен гордому льву, ожидавшему свою добычу. Высокие брови, лихорадочный взгляд с оттенком легкого презрения ко всему нижестоящему и язвительная самодовольная ухмылка практически не сходили с его лица. Утопавший в объятиях придворных дам он был весел и горд собой. В руке у него красовался золотой бокал дорого Доунского вина, каждый глоток которого он вкушал медленно, стараясь не пролить не капли драгоценного напитка. Все мысли его было об одном — впервые в истории, он — владыка Мацресс, покорил загнивающее королевство людей, так долго отравляющее великую Акмелонию. Он даже успел придумать себе титул — освободитель! Весть о грядущей победе грела ему душу и будоражила кровь, вызывая чувство предельной эйфории, которая захлестывала его с головой.
Неожиданный стук в банные комнаты заставил его сердце биться немного чаще
— Войдите! высокомерно, растягивая слово произнес он. В комнате показался молодой паренек лет пятнадцати, посланный с новостями из Альгорана. Гонца легко было узнать по зеленому камзолу и треугольной кепке. Слегка дрожащими руками он сжимал манифест для короля. Паренек старался не смотреть в глаза своему правителю, дабы избежать ненужных упреков. Марцесс торопливо поднялся по лестнице своей ванной и накинул бархатистый шелковый халат. Вытерев мокрую руку о камзол гонца он резким движением выхватил у него манифест.
