– Знаешь… – Девочка наморщила лоб и ненадолго призадумалась. – Вроде нет, – с глубоким изумлением констатировала она, поднимая на него глаза. – Я как-то даже и внимания не обратила… И знаешь, кажется, и не только ты…
Она решительно встала с дивана и, быстрым шагом пройдя к двери, резко распахнула ее. Стоя в дверном проеме, она осмотрела соседнюю комнату, после чего вновь закрыла дверь и бросилась к окну. Внимательно осмотрев улицу, она повернулась к барду лицом и резко, торжествующе взмахнула рукой.
– Да!!! – Глаза ее сияли. – Как ты это сделал? Это надолго?
– Что именно? – с индифферентным видом поинтересовался Артур, не вставая со стула. Он пребывал в глубокой задумчивости, пытаясь разгадать загадку, поставленную перед ним этой странной девочкой.
– Убрал злобность? Я сейчас посмотрела на Ирку с Аленкой, потом – на прохожих, и ничего подобного прошлой злобе. А к тебе и вообще какая-то странная привязанность. Ладно бы как к парню… хоть ты, на мой вкус, и староват немного, – она окинула его пристальным взглядом, – так ведь нет. Какого черта мне тебя защищать и оберегать охота? Ты, когда это свое внушение делал, ничего не перепутал?
– Внушение? – Артур усмехнулся. – И какое же я, по-твоему, внушение сделал?
– Как какое? Вернул мне нормальное отношение к людям, ну и заодно – симпатию к себе в голову засунул. Только с последним, похоже, чего-то напортачил маленько… – Она вновь осмотрела его уже откровенно критичным взглядом.
– И ты так спокойно говоришь о том, что какой-то мужик, которого ты в первый раз видишь, внушил тебе нечто подобное? – с любопытством поинтересовался Артур, разглядывая ее, словно какую-то диковинку.
– Знаешь, – запрыгивая на диван и принимая вычурную и странную, видимо подсмотренную в каком-то из «мужских» журналов позу, ответила ему девочка, – я в общем-то не планировала расставаться с девственностью столь рано, но если это твоя цена за возможность жить нормальной, человеческой жизнью и просто любить своих родных, то я согласна. Особенно если ты свое внушение поправишь – может, даже удовольствие получить удастся. Только будь помягче, ладно? А то страшно немного все-таки.
– Сядь, – грустно вздохнул Артур и почесал затылок. Головоломка начинала складываться. Правда, ответ был совершенно невероятен, однако ничего другого в голову не приходило. – Я не делал тебе никаких внушений. Я просто не умею ничего подобного, а даже если бы умел, то все равно не мог бы сделать. Для бардов подобные воздействия запрещены в принципе, наравне с убийствами, изнасилованиями, избиениями, кражами и ложью.
Сильная симпатия вкупе с желанием «охранять и защищать» – обычная реакция любого фейри на находящегося рядом барда. А постоянная терзающая и мучающая злоба на весь людской (и нелюдской, впрочем, тоже) род, на время исчезающая после получения некоторого количества Чистоты, – обычное состояние фейри из Неблагого Двора. Хочу уточнить, что во время поединка с вашим Владиславом я выплеснул столько Чистоты, что хватило бы на неделю успокоить целую роту вампиров, будь они где-нибудь поблизости. В связи с этим у меня имеется к тебе такой вопрос. Насколько вероятно, что твои родители – это именно твои биологические родители? Особенно отец?
– Мимо. – Стася улыбнулась. – Мы с сестрой очень похожи на отца. Он наполовину кореец, так что признаки, как говорится, налицо. – Она демонстративным жестом отбросила в сторону длинные черные волосы. – Если учесть, что мы с сестрой похожи не только на него, но и друг на друга, и то, что у них с мамой прекрасные отношения, то о своей родословной я могу судить с абсолютной точностью. И никаких «неблагих фейри» в ближайших трех-четырех поколениях моих предков однозначно не было.
– Тогда не знаю. – Артур развел руками. Его версия разбилась вдребезги под весом приведенных девочкой аргументов.
– А что говорит твое чутье? – сосредоточенно что-то обдумывая, спросила Стася, рассеянно покусывая прядку волос. – Я сейчас не нервничаю, не волнуюсь и даже не злюсь.
– Ничего оно не говорит, – неохотно признался Артур. – Внешние эмоции еще кое-как ловит, а вот чтобы поглубже что-нибудь… Увы. Кажется, ты для него почему-то непроницаема. В первый раз такое, между прочим.
– Говорят, в каждой настоящей женщине должно быть загадка. – Стася горько усмехнулась. – Я, получается, вся такая настоящая, что прямо-таки роковая… И почему меня это совсем не радует? – Она печально вздохнула. – Как ты думаешь, надолго мне этой твоей Чистоты хватит? С родителями-то хоть по-человечески побеседовать успею?
– Не знаю. Вообще-то вампиру такого запаса на неделю за глаза хватило бы. Трау – на две, две с половиной. Бегги – и вовсе на пару-тройку месяцев. Демону – дня на четыре, архидемону – на сутки или двое, в зависимости от направленности. Очень сомневаюсь, что по степени злобности ты превосходишь повелителей демонов, так что на двое суток можешь рассчитывать однозначно. Скорее всего – намного больше.
