Заглянув в кафе, я обнаружил там множество беженцев: они пили чай, воду или кофе, отдыхая от лагерной жизни. Люди говорили на курдском и фарси. Мужчина и мальчик передо мной беседовали на сирийском. С кухни вышла официантка с блокнотом и спросила, что я желаю заказать. За ней следовала женщина в возрасте с подносом, полным стаканов с водой. Она поставила напитки на стол, обращаясь к посетителям по именам. Похоже, она немного говорила на всех трех языках.
Я попросил кофе – как оказалось, бесплатный – и сел за столик, а когда принесли напиток, то по глоточку смаковал его. Никогда бы не подумал, что буду сидеть вот так, по соседству с другими семьями, не ожидая услышать взрыв бомб, не боясь снайперов. Когда хаос стих, пришли мысли о Сами. Мне стало стыдно за то, что я в принципе способен ощущать вкус кофе.
– Вы здесь сами по себе?
Я поднял голову. Женщина постарше с улыбкой смотрела на меня.
– Говорите по-английски? – спросила она.
– Да. Только я здесь не один, а с женой и сыном. Я как раз его ищу. Он примерно вот такого роста, черные волосы, черные глаза.
– Похож на всех здешних мальчишек!
– Вы не знаете, где я могу купить шоколад? – спросил я.
Женщина объяснила, что дальше по дороге находится круглосуточный магазинчик. Я заметил, как некоторые посетители заказали здесь еду. В марте этот остров обычно пустовал, но вместе с беженцами появилась и торговля.
Выйдя на улицу, я направился за едой. Купил банку «Нутеллы» и свежего хлеба. Как бы это понравилось мальчику! Мне не терпелось увидеть его радостное лицо.
Я нашел интернет-кафе – проверить, ответил ли мне Мустафа. Вводя имя пользователя и пароль, я нервничал. Отчасти я не хотел ничего знать, ведь если письма не было, то путь вперед стал бы сложнее. Какое же я почувствовал облегчение, увидев ожидавший меня поток сообщений.
04/02/2016
Дорогой Нури,
Мустафа не смог добраться до почты. Сегодня я разговаривала с ним, он доехал до Франции. Он попросил проверить его письма и ответить на них. Мустафа рассчитывал получить от тебя известие, каждый день надеялся на это. Не могу описать, как я рада наконец узнать о тебе. Мы с Мустафой очень волновались. Он старался не думать самого худшего, но, как ты, наверное, понимаешь, было трудно.
Когда мы в следующий раз созвонимся, я передам ему хорошие вести. Он будет так счастлив. Мы с Айей в Англии. Сейчас живем в доме с другими постояльцами в Йоркшире и ждем, когда нам предоставят убежище.
Нури, я очень рада, что ты доехал до Стамбула. Надеюсь, что и до Греции ты доберешься целым и невредимым.
С любовью,
Дахаб
