— Я знаю, — ректор тяжело вздохнул. — Он оказался способнее. У его сестры есть талант не пускать к себе чужие мысли. Но это очень слабо для мага, а боевых способностей я пока не видел. Разве что, лесного хозяина не боится. Конечно, есть некоторые задатки…
— Мало, — мотнул головой Эодар. — Архимаг что-то задумал. Через мысли Иллигеаса я увидел многое, но есть еще кое-что. Он больше не рыщет. Архимаг успокоился, будто обрел что-то долгожданное. Видно, Аргелор свою силу явил, потому и Академия стала походить на крепость.
Он легонько коснулся чаши пальцами. Над водой, в воздух взмыла иллюзия северных полей, мили безжизненной тундры, по которой бродили монолиты. Эти колоссы, восставшие из недр земли, ворочали огромные глыбы. Ректор дернулся, вспоминая старые раны, и отвернулся.
— Я послал их в Долину Мудрецов, — продолжил он. — Их всего трое. Две девицы и арт. Это последнее, что я могу сделать перед игрищами. Если она дракон, то проявит себя.
— А если нет, я обращусь за помощью к Высшем эльфам. Мне придется преклониться перед ними, перед теми, кто считает людей не достойными, — сказал Эодар и словно отмахнулся от чего то невидимого. — В Долине Мудрецов есть и другие маги. Тритрагдор часто посылает туда своих учеников.
— Пусть. Если они погибнут в схватке там, то не будут мучиться на игрищах, — сказал ректор. — Мне надо идти, Эодар. Есть и другие ученики, которые подают надежды.
Эодар будто не слышал его.
— Крылья, дракон должен их раскрыть, — бормотал он, и ректор неслышно покинул его кабинет.
А между тем, пустыня нещадно жгла троицу своим солнцем. Небо тут казалось слишком синим, без единого облачка. Ветер был сухим и горячим, без капли влаги. Пустыня словно испытывала попавших к ней нежданных гостей, и только арт чувствовал это в полной мере. Кеанру жара ничуть не беспокоила. Она даже не щурила глаза на палящие лучи. Едва исчез ректор, она рывком порвала на себе ученическую одежду. Под ней оказалась другая одежда, из тонкой матовой материи, похожей на кожу. Она обтягивала все изгибы тела и маскировала их узорами. Они продолжались на обнаженной спине Кеанры и плечах. Белозубо улыбнувшись, она вынула из потайного кармана маленький изогнутый нож.
— У тех скал есть вода, — сказала она, указав на горизонт.
— Я ее не чую. В таком мареве вообще ничего нельзя учуять, — возмутился арт. — Тут везде сплошь одна сушь…
— А ты думал, тебя тут холодные реки ждут? — усмехнулась Кеанра.
Хэорд поджал губы и прикрыл глаза ладонью. Солнце уже успело обжечь его кожу. Пустыня не была его стихией. Тэларийку же это только забавляло. От обуви она тоже успела избавиться. Кожа на ее ступнях оказалась блестящей, с мелкими чешуйками. Поймав взгляд Тиры, Кеанра вздернула тонкую черную бровь.
— Мой народ един с пустыней. В сапогах песок не почуешь, — сказала она. — Идем, к вечеру надо дойти до скал. Ночью выйдут на охоту песочники.
— Я не дойду, — сказал Хэорд. — Тут воздух подобен огню, я долго такой жар не выдержу.
— Тогда ты умрешь, — небрежно бросила та. — Пустыня слабых не любит. Оружие есть только у меня, так что, либо я тебя убью, либо умирать будешь сам на солнце.
— Нет, — Тира отстранила ее и смерила взглядом расстояние до скал. — Никто умирать не будет. Идем.
— Если он потеряет силы, ты будешь тащить его на себе? — глаза Кеанры презрительно блеснули, и она произнесла несколько слов на своем родном языке.
— Ты жестока, — сказал Хэорд, натягивая капюшон на голову.
— Мой народ такой. Хочешь жить, тогда шевелись, — фыркнула она и двинулась вперед по раскаленному песку.
Воздух вокруг плавился от жары и походил на горячий кисель. К своему удивлению, Тира почти не ощущала этого пекла. Солнце, такое беспощадное к другим, будто бы давало ей сил, а синее небо манило своей глубиной. Тут оно казалось особенным, без конца и края. Эта синева почудилась родной, но Кеанра быстро одернула Тиру.
— Смотри под ноги, тут есть змеи, — бросила она через плечо.
— Я их услышу, — ответила Тира. — Тут небо такое…бездонное что ли…
— Бездонное! — усмехнулась тэларийка.
— У неба нет предела, — вдруг заговорил Хэорд. — Там есть другие миры и знающий, найдет к ним дорогу по велению сердца. А в Высшем Мире живут драконы…
— Нет тут драконов! — Кеанра почти выкрикнула эти слова с горьким сожалением. — Может в Высшем Мире они и есть, а тут нет! У тебя под ногами земля, а не небо, и летать никто из нас не умеет! Вы как глупцы! Нюха нет?
— Вообще то, я видел…
— Что ты чуешь? — Тира незаметно дернула арта за рукав, чтобы тот замолк.
— Чую чужаков! — ответила Кеанра.
Она с шумом втянула горячий воздух. Тира же почуяла других и без запаха. Ее тело напряглось, внутри будто сила проснулась и она сжала кулаки.
— Другие маги, — прошептала она и оглянулась по сторонам.
Спрятаться тут было негде, зато чужаки умело маскировались. Их выдавало только движение густого, нагретого солнцем воздуха.
— От них огнем пахнет, — невольно поморщился Хэорд.
— Быстро! Спина к спине! — скомандовала Кеанра.
— Нет! Они поймут наш страх, — остановила ее Тира. — Будем идти так же, как шли.
