На Гермиону, правда, попытался было наехать Перси, мол она должна быть ответственной, не должна давать списывать.... Бла-бла-бла. Но тут же девочка реально рассвирепела. Кому и что она там должна? В общем, в лучших традициях наставника она, не повышая голоса, высказала старосте все, что она думает о нем, его отношениях к студентам факультета в целом и младшему брату в частности. Прошлась и по тому, кто там на самом деле за кем должен присматривать и кому помогать, и что старший брат должен был хоть раз поинтересоваться, как идут дела у младшего. И все изысканно вежливо... и на виду у всего факультета. Перси десять раз успел пожалеть, что затеял этот разговор. Попытался сбежать, был приголублен парализующим с пояснением, что он все-таки дослушает все, что ему хотят сказать умные люди. Братья аплодировали... беззвучно. Остальные наблюдали с интересом.
-- Как старший брат вы, мистер Уизли, провалились, -- припечатала она под конец. -- А сейчас пытаетесь свалить все на меня, хотя все на факультете знают, что мы с вашим братом враги и я как-то не обязана была заботиться о его успеваемости. Теперь рассмотрим вас как старосту...
Гермиона же не поленилась призвать из своей комнаты правила Хогвартса и принялась по пунктам их зачитывать, поясняя где конкретно старший Уизли облажался.
-- То есть, как староста, вы тоже показали себя не очень. И вы смеете предъявлять мне какие-то смешные обвинения? -- Гермиона внимательно осмотрела с ног до головы старосту и добила: -- Я сообщу о вашем сегодняшнем поведении вашим родителям. Вы недостойно пытались переложить свою вину на совершенно постороннего человека, считая, что он вам и вашему брату что-то должен.
Девочка отменила парализацию, развернулась на пятках и удалилась с высоко поднятой головой. Как оказалось позже, этот спитч частично примирил ее и Рона. Оказывается, Перси в семье не очень любили. Точнее, братья не любили.
И ведь написала. А что? Если угрожаешь - исполняй. Пустые угрозы признак слабости. На следующий день вид Перси имел совсем бледный и посматривал в сторону Гермионы с опаской. Джек показал большой палец.
-- Я боюсь уже того дня, когда ты станешь старостой, -- сообщил он. -- Построишь весь факультет. Хотя была б моя воля, я бы тебя уже сейчас сделал старостой. Ты бы не позволила нашим влипать в неприятности.
-- Джек, а ты уверен, что мне этот геморрой нужен?
Тот только хмыкнул, но девочка закончила:
-- Тем более от профессора Макгонагалл я никогда не приму ничего. Значок старосты в том числе.
Джек нахмурился.
-- Странная история, на самом деле. Я специально изучил кое-какие книги в библиотеке. Таких наказаний никому не назначали.
-- Надеюсь, ты не стал подходить с этим вопросом к нашему декану?
-- Я ж еще не сошел с ума? -- усмехнулся он.
Девочка же грустно покачала головой.
-- Вот видишь? Ты тоже не со всеми проблемами решаешься к ней подойти. А теперь мысленно представь, что ты в Равенкло или Хаффлпаффе. Подошел бы ты к Флитвику или Спраут?
Джек задумался, медленно кивнул.
-- Кажется, я понял, что ты хочешь сказать.
-- Вот именно. Я просила директора перевести меня на другой факультет, но он сказал, что такого не было в истории... Посмотрим... Но, если наш декан попытается как-то на мне отыгрываться... Наверное, придется сменить школу.
-- Ты серьезно?
Девочка вздохнула.
-- На свете не так уж много такого, чего я никогда не смогу простить. Одно из них - предательство. Директор Дамблдор почему-то думает, что за лето я остыну и он сумеет вернуть все "как раньше", потому пока не пытался примирить меня и декана. Но я-то себя лучше знаю. Никогда больше не смогу ей доверять, ибо предавший раз... Ну, ты понимаешь.
Джек ушел крайне задумчивым.
Деньки выдались насыщенными. Вот и Рон вроде бы успокоился, хотя и продолжал зыркать в ее сторону. Не было бы Гарри, даже подходить не стал.
Девочка с интересом уставилась на парочку.
-- Может, на улице поговорим? Погода чудесная.
Гарри несколько нервно кивнул, воровато огляделся.
-- Идем.
Устроившись на берегу озера под деревьями, причем Рон постарался чтобы между ним и Гермионой оказалось не только достаточное расстояние, но и Гарри. Тот сердито покосился на приятеля, вздохнул. Виновато глянул на Гермиону и развел руками. Мол стараюсь примирить вас. Спрашивать мнения девочки, желает ли она вообще этого примирения он почему-то посчитал излишним.
-- Гермиона, меня этот шрам задолбал! Постоянно дергает, -- взвыл он.
-- К мадам Помфри ты, конечно же, не ходил, -- задумчиво протянула она, разглядывая лоб мальчика.
-- Я же не болен! Это... это какое-то предупреждение.
-- В принципе, я заметила закономерность твоих болей, но никак не соображу где тут связь.
-- Снейп?
-- Профессор Снейп, Гарри. Право, не так уж трудно запомнить. На уроках профессора Снейпа твой шрам хоть раз болел?
Гарри задумался. Вдруг его лицо удивленно вытянулось.
-- Ни разу.
-- А на каких уроках он у тебя болел? Я не про общие залы, а именно уроки.
Теперь и глаза распахнулись.
-- Только у профессора Квиррелла... И что это значит?
