Гермиона тихонько заплакала.
— Но я никогда не делала такого…
— Видишь в чём твоя проблема? Ты почему-то посчитала, что знания равны умению. Ты заучила все заклинания, отработала их… замечательно. Но почему же тебе даже в голову не пришло, что отработка на полигоне и применение в реальной жизни — это разные вещи? На полигоне от твоих умений ведь не зависит ничья жизнь. И тебе даже не хватило сообразительности посоветоваться со мной. А ведь я тебе несколько раз намекал, что тут не всё так просто. Но нет, ты гордо заявила, что освоила начальный курс.
— Я… я поняла… я обещаю, что больше никогда не буду такой самонадеянной. Только помогите ему.
Мистер Кливен смягчился. Подошёл к девочке и положил ей на голову руку.
— Пробуй. Если не попробуешь, не узнаешь на что способна. А я проконтролирую и не дам ошибиться. Действуй.
Гермиона, получив уверение, что за её действиями присмотрит опытный маг, тут же обрела уверенность, достала палочку, чуть прикрыла глаза, собираясь с мужеством. Открыла, упряма сжала губы и уже не колеблясь приступила к диагностике. Некоторые заклинания она повторяла по несколько раз, пока не разобралась в результате, один раз мистер Кливен остановил её, когда она неверно считала данные. Гермиона благодарно кивнула, повторила заклинание. Составив картину, приступила к лечению, точно дозируя уровень вливаемой силы. В колдомедицине как раз в этом и заключалась главная сложность: мало дашь силы — не подействует, много — отравишь организм, когда излишки магии попытаются, фигурально выражаясь, переварить организм пациента. Для того и нужны диагностические чары, чтобы прикинуть что лечить и сколько магии туда подать.
Девочка вся взмокла и чуть не падала от усталости, когда, наконец, котёнок открыл глаза и слабо мяукнул.
— Всё-всё! — мистер Кливен обхватил девочку за плечо и не дал ей упасть. — Всё замечательно. Ты справилась, девочка. Всё. Ерёма! Отведи её в комнату и уложи в кровать. Гермиона не переживай, дальше я присмотрю за котёнком.
Появившийся домовой схватил девочку и исчез вместе с ней. Наставник вздохнул, поднял котёнка и перенёс его в угол комнаты, где уложил на пушистый коврик. Рядом поставил блюдце с молоком. Котёнок видно учуял угощение, издал слабое «мяу» и сунул голову в блюдце. Сначала он лакал несколько неуверенно, по постепенно вошёл во вкус и очень скоро блюдце опустело. Котёнок, слегка пошатываясь, недолго потоптался на коврике, после чего свернулся клубком и мгновенно уснул.
Когда утром Саймон Кливен спустился вниз, он обнаружил сидящую перед котёнком Гермиону, которая поила его из блюдца. Котёнок, ещё не совсем оправившийся после ранения, стоял на ногах не очень уверено, но против ласк не возражал.
Мистер Кливен прошёл мимо и опустился в своё кресло. Девочка сделала вид, что наставника не заметила.
— Обижаешься? Напрасно.
— Это было жестоко…
— Это было необходимо. Ты талантливая девочка и благодаря своей старательности ты сумела освоить курс, который иные проходят в тринадцать-четырнадцать лет. Но именно поэтому у тебя появилось некоторое чувство всемогущества, мол теперь я самая важная лягушка на болоте и всем цаплям покажу, где раки зимуют.
На последних словах Гермиона не удержалась и хихикнула.
— А мои предупреждения, что знания и умения не равны возможностям ты пропускала мимо ушей…
— Я слушала…
— Но никаких выводов не сделала. Никакие таланты не заменят опыта. Ты знаешь кучу заклинаний, но, если растеряешься в критической ситуации, все твои знания окажутся бесполезны. Что вчера и случилось. Я уверен, что ты ответственно подошла к изучению предмета, уверен, что отработала все заклинания и выучила их. Но когда потребовалось применить их на деле, ты растерялась.
— Я просто испугалась, что если ошибусь…
— Разве ты не научилась бороться со страхом? Вот ещё один пример. Ты знала, насколько страх сковывает сознание и мешает трезво мыслить, ты умеешь побеждать его и уже делала это. Так где были все твои умения? И не говори, что я поступил жестоко. Однажды, когда перед тобой будет лежать, истекая кровью, твой друг, ты вспомнишь об этом дне и ещё поблагодаришь за этот урок. Котёнок же… я же рядом был и, если бы стало совсем плохо, помог бы ему.
— А почему мой друг может истекать кровью?
— Молись, чтобы такого никогда не увидеть, но, если вдруг, когда-нибудь такое случиться, лучше ведь уметь оказать помощь. Разве нет? Что касается вероятностей, напомни, когда в магической Англии закончилась гражданская война?
Гермиона повесила голову.
— Я поняла… У вас же уже есть новые занятия?
— Верно. Тренировки в идеальных условиях закончены. Каждое утро, когда занимаешься бегом, бери тренажёрную палочку номер один и на ходу создавай заклинания.
— Я же дыхание собью!
— Конечно собьёшь. Но когда ты начинала только бегать ты задыхалась уже через километр, а сейчас накручиваешь каждое утро по пять и даже дыхание не сбиваешь. Привыкнешь. К тому же будет стимул побыстрее освоить невербальные заклинания.
— Невербальные? Но я читала, что невербальные очень сложные и что осваивать их нужно на шестом и седьмом курсе Хогвартса.
