— Сейчас объясню. Как видите, маглы, а также живущие с рождения среди маглов, и маги по-разному воспринимают мир. Соответственно, по-разному они воспринимают и опасности. Гермиона, что ты знаешь о магических клятвах и контрактах?
— Магические клятвы, это клятвы, скреплённые магией…
— М-да… клятва, скреплённая магией… ладно, пусть будет так. И что из этого вытекает?
— Человек не может нарушить клятву без последствий… обычно последствия содержатся в самой клятве.
— Ладно. А контракт?
— Контракт — это обоюдный договор, который к чему-либо обязывает обе стороны.
— Очень удобно, — покивал Джон Грейнджер. — Можно легко обходиться без адвокатов и кучи юристов, судов и прочего. Заключил контракт и гарантировано никто его не нарушит.
— Правда? — повернулся к нему Саймон Кливен. — А если один человек окажется несколько хитрее другого и вынудит заключить невыгодный контракт? Как вы думаете, как можно оспорить магический контракт?
— О… об этом я не подумал?
— Вот именно. А маги такие вещи впитывают с молоком матери. Ни один маг не станет давать какую-либо магическую клятву или заключать контракт, предварительно не обдумав все пункты. Конечно, в мире существует куча стандартных договоров и контрактов, которым не одно столетие, такие, как клятвы наёмников, контракты с телохранителями и тому подобные вещи. Маги эти стандартные контракты и клятвы знают наизусть, и любая попытка какой-либо стороны внести в них изменения вызовет справедливое подозрение. А вот маглорожденные о таких вещах, как правило, не задумываются. Их спасает лишь то, что они, по большему счёту, никому не интересны. Гермиона, потому, если кто-то когда-нибудь предложит тебе в чём-то поклясться, заключить контракт и, если это по какой-то причине нужно и тебе, иначе даже не связывайся, самым внимательным образом изучи все пункты и проверь, можно ли что-либо использовать против тебя или заставить делать что-то, что тебе не понравится.
— Но расторгнуть контракт всё-таки можно? — поинтересовался Джон.
— Как правило, это прописано в самом контракте. Обычно это с обоюдного согласия.
— В таком случае, — задумчиво протянул Джон, — мне непонятно, почему маги не пользуются таким механизмом? — Тот же Тёмный лорд, о котором мы читали. Что ему мешало захватывать магов и принуждать их подписывать с ним выгодный ему контракт?
— Несколько причин. Главная та, что подписанный под принуждением не имеет той силы, что подписанный добровольно. Маг, прежде всего, оперирует желанием. Жест, слово, желание, читали, наверное. И если он подписывает что-то против своего желания, то…
— Понятно, — протянул Джон. — Но ведь так можно обманывать детей магов? За конфету они подпишут любой контракт.
— И тут есть несколько «но». Дети из чистокровных семей защищены кодексом рода, который не позволит заключить какой-либо контракт, который будет принуждать их действовать вопреки кодексу. А заключать какие-либо договора или брать клятвы с детей до одиннадцати лет просто бессмысленно. Первый же магический выброс сметёт все эти клятвы. Невинный ребёнок… это не пустые слова.
— Постойте, но тогда ваш контракт с Гермионой… — встрепенулась Эмма.
— Если вы вспомните его, то все его пункты касались только меня. В случае же нарушений условий контракта Гермионой или вами было прописано всего лишь освобождение меня от всех данных обязательств. Что касается остальных пунктов про последствия… то, освобождённый от всех обязательств, я смог бы устроить их и без вмешательства магии.
— Кажется, понимаю.
— Тем не менее, контракты приносят и пользу. У всех людей есть какие-то секреты, которые он хотел бы сохранить. Но также среди волшебников есть такие люди, которые могут прочитать память. Как от такого защититься? В таком случае можно с тем, кому доверяешь, заключить контракт на сохранение тайны и тогда уже его магия закроет те тайны, которые вы хотите сохранить. И уже никакой, даже самый сильный легилимент не доберётся до них. Гермиона?
Девочка чуть ли не подпрыгивала на стуле от нетерпения. Даже про котёнка забыла, который разлёгся на столе в обнимку с наконец-то пойманным мячиком и предавался заслуженной награде — с удовольствием спал.
— Вы говорили, что родовые дары — это совокупность накопленных знаний и артефактов?
— Верно.
— А как рода сохраняют эти тайны? Ладно, понятно, что детям их никто не открывает, но ведь рано или поздно их нужно начать обучать. А вы сами говорили, что чем раньше начать, тем лучше.
— Опять верно.
— И сопротивление взрослому магу дети оказать не смогут, в случае чего.
— Да.
— И вы сказали, что родовой кодекс защищает чистокровных детей от возможности заключения контракта, который навредит им или роду?
— Сказал.
— Скажите, если я заключу контракт с вами на сохранение тайны, а потом попытаюсь заключить контракт, который обяжет меня рассказать о ней кому-нибудь, что произойдёт?
— Первый контракт имеет приоритет. Второй не сработает.
— Тогда получается, что родовой кодекс — это магический контракт?!
