Новый наскок с двух сторон, Мидори не заморачиваясь, ударом в челюсть вырубает старшую родственницу и начинает давить на мелкую. Та несколько ударов принимает на меч, но с каждым разом всё сильнее проваливается, теряя силы на глазах. Супруга делает обманный финт клинком и уходит чуть в сторону, бьёт под опорную ногу. Девчонку ведёт вперёд, как раз под мощнейший удар в грудь ногой, явно усиленный магией. Тело отлетает метров на пять, Мидори медленно подходит. К чести её соперницы, та меч не выронила, что дало возможность прикрыться от рубящего удара, удерживая всю ярость пятихвостой кицуне двумя руками. Но меч супруги неумолимо приближался к цели, сантиметр за сантиметром опускаясь вниз. Вот уже остриё клинка резануло кожу на груди, хлынула кровь, а Мидори продолжала давить, не обращая внимания на крики девчонки. Остальные родственники стояли мертвенно бледные, но никто не дёрнулся, понимая, что вся моя охрана порубит тут же в мелкую капусту. Молодая уже хрипит, в глазах обречённость.
Такой я не видел Мидори ещё ни разу, хоть и всякое в нашей жизни было. Может, мой откат на мои якоря пытается перейти, освободив меня, таким образом, от последствий⁈ Но это уже слишком… Глубоко вздохнул.
— На колени! — охрана тут же валит всех кицуне, особо не стесняясь применять силу. А мне не нужны даже мысли о попытке ломануться в сторону смертельной сцены.
— Мидори, довольно! — почти заорал, добавляя ментальный посыл через браслет, который резко вспыхнул.
Лиса одёргивает клинок, как ошпаренная, делает шаг назад, глаза бешенные, начинает часто дышать, будто двадцать километров в полной выкладке пробежала.
— Мирра, помоги дамочкам — остальные как раз подтянулись к концу действа — Мери, оттесни зевак.
Беру под руку Мидори, увожу подальше в переулок, та сама не своя, всё так же дышит как загнанная лошадь.
— Что случилось? — поворачиваю лицом к себе, лиса вся дрожит.
— Забери — шепчет, протягивая трясущейся рукой меч.
— Нет, он твой и только твой — быстро отвечаю — не возьму, и ты не отдашь.
Смотрю в ужасе, лиса роняет меч из ослабевших рук, сама вся в слезах. Подхожу и обнимаю, больше ничего в голову не приходит.
— Я желала смерти, хотела убить всех на той улице — тихо сказала Мидори — просто потому что могла.
Смотрю на лису через клятву. Сердце бьётся часто, нити, что пронизывают всё тело, дрожат, будто хотят разорваться на части. Источник пульсирует, постоянно наращивая частоту. Моя нить обернула его, не давая расширяться больше определённого диаметра. Может в этом дело.
Аккуратно начинаю ослаблять свою нить, делая и неё более объёмный шар. От очередного удара пульсацией чуть всё не пошло по одному месту. Источник ударился в стенки, очерченные моей нитью, чуть всё не сломав. В этот же миг, лиса зарычала, вцепившись мне в спину, проминая лист лёгкого броника. Температура её тела заметно подскочила. Ощущения просто сказочные.
Но это дало толчок движению моих собственных возможностей. Где-то далеко встрепенулись грифоны, делясь своими силами. К лиловой нити добавилась коричневая, усиливая контур, ведь источник бьёт всё сильнее. Вокруг нас начинает закручиваться небольшой вихрь, повеяло прохладой. Мидори хрипло дышит, пытаясь взять себя в руки.
Новый удар источника в построенную с Тайфуном защиту. Лиса почти взвыла, разорвав заднюю платину голыми руками, пришлось сильнее зажать в объятиях. В источнике начинает крутиться торнадо, периодически вспыхивают молнии. Я поднял голову, в небе один в один такой же зарождается, только писец, какой огромный.
Минут двадцать в небе вспыхивали обычные молнии, а внизу вокруг меня и лисы водили хороводы шаровые. У меня волосы во всех местах встали дыбом, понимая, что я то точно удар даже одной не переживу.
Ещё через пять минут вся вакханалия кончилась, наконец. Мидори вырубилась, небо снова стало чистым. Когда я взял кицуне на руки, две встревоженные мордахи показались из-за угла, решившись выяснить, как у нас дела.
— Всё нормально, насколько это можно назвать нормальным — пытаюсь выглядеть бодро, самого шатает, будто бухал неделю — город живой?
— Агась — кивнула Мери, опасливо рассматривая Мидори — что с ней? — спрашивает шёпотом.
— Я откуда знаю — тоже возмущённым шёпотом отвечаю — она на мне броник пополам порвала, когда её накрыло, еле удержал. Что-то с источником.
— Каким источником? — хором переспросили барышни.
— У Мидори он не сильно выражен, как у всех, кто владеет усилением тела, пусть и таким странным на основе молнии, но с тобой всё не как у людей — с сомнением сказал Мирра, глаза кошки вспыхнули зелёным огнём, взявшись за руку лисы. И тут же одёрнула — ты что с ней сделал? Это невозможно!
— А можно без этих ваших воплей и по существу — уже прям обидно, будто насильника со стажем поймали с поличным.
— Я одна боюсь смотреть, там будто смерч крутится, да ещё яркий такой — икнула Мирра, Мери молча положила руку на плечо кошки. Та снова дотронулась до руки лисы. В молчании проходит несколько минут.
