То, что при нормальных условиях заняло бы минут двадцать, длилось почти вдвое дольше. Когда лодка наконец вошла в глубокую тень под мостом, мои руки то и дело сводило судорогой. Девушка уже не стояла на коленях, а лежала на палубе плашмя и, держась за мои ноги, жалобно вскрикивала. К счастью, за мостом почти сразу стало тише – теперь от ветра нас закрывал Ки-Ларго. Мы прошли какую-нибудь четверть мили, но яростно скачущие волны улеглись, уступив место легкому волнению, которое тоже скоро успокоилось, и поверхность воды сделалась гладкой, как стекло. Я включил нейтральную передачу, зажег подсветку и помог девушке подняться на ноги. Должно быть, с ней случилось что-то вроде истерики: она почти не контролировала свои эмоции, кричала, плакала и бешено размахивала руками в воздухе.
Я перехватил ее запястья, обнял за плечи и прижал к себе.
– Успокойся, все хорошо… Все в порядке… Ты в безопасности. Я не причиню тебе вреда.
Так прошло несколько минут. В конце концов девушка снова оказалась способна адекватно воспринимать окружающую обстановку. Кажется, она мне поверила и… разразилась бурными рыданиями, которые перешли в невнятный шепот, прерываемый громкими всхлипами. Она буквально повисла на мне, и я усадил ее на диванчик, убрал с лица мокрые волосы и сказал:
– Я знаю, что ты очень испугалась, но все же постарайся вспомнить, куда направлялась яхта, на которую вы садились?
Она затрясла головой.
– Ты точно ничего не можешь мне сказать? Может, ты что-то слышала, какие-то намеки?
Девушка еще раз качнула головой, и я оставил ее в покое. Мы шли уже на последних каплях горючего, и я направил «Китобой» в защищенную гавань с заправкой на северной оконечности Ки-Ларго. Тут же на берегу стоял небольшой ресторанчик с мексиканской кухней. Пока девушка сидела в лодке и плакала, я наполнил бак и некоторое время разглядывал горизонт в поисках ходовых огней черной яхты. Выглядывал я и Солдата, но, по правде сказать, без особой надежды. До того места, где его смыло за борт, было миль семь или даже больше. Плюс шторм, плюс течение… Нет, Солдат пропал навсегда.
О том, что́ я скажу Клею, я старался не думать.
Дальше я двигался вдоль берега. Вскоре вдали завиднелись освещенные окна верхних этажей отеля, где я оставил своих спутников. Закутав девушку в махровое полотенце, я поднял «Китобоя» на глиссирование и преодолел оставшиеся несколько миль за пару минут, но вместо того, чтобы двигаться к причалу, номер которого назвал мне дежурный администратор в отеле, я слегка отклонился на юго-восток и направил «Китобоя» к пляжу. Время приближалось к четырем утра, поэтому на пляже никого не было. Фонари еще горели, но все шезлонги были пусты. За исключением одного.
Я направил лодку на мелководье, заглушил и поднял мотор. Через несколько секунд нос «Китобоя» мягко ткнулся в песок.
Летта встала с шезлонга, вытерла глаза и пошла к нам. Увидев, что я вытаскиваю из лодки обмякшее тело, она ускорила шаг и даже забежала в воду, но, увидев, что это не Энжел, помогла мне усадить девушку на ближайшее кресло.
Девушка была блондинкой и обладала внешностью, типичной для участниц танцевальных групп поддержки. Я бы сказал, она была студенткой колледжа не старше второго курса. Из одежды на ней были только футболка и коротко обрезанные шорты, надетые поверх купальника, – по-видимому, ее захватили где-то на берегу или на пляже, куда она пришла, чтобы искупаться. На первый взгляд девушка нисколько не пострадала, если не считать сильного потрясения и психической травмы, от которых она, скорее всего, оправится еще не скоро.
Как только девушка перестала всхлипывать, я опустился перед ней на колени и сказал:
– Расскажи мне, что с тобой случилось, да поскорее. Это может быть важно!
Летта тронула меня за плечо.
– А куда девался Солдат?
Я отрицательно качнул головой, и она тихо ахнула, прижав ладонь к губам.
Тем временем я повторил свой вопрос, но девушка была не в состоянии говорить, и я взял ее за руку. Некоторое время спустя она немного успокоилась и посмотрела на нас почти осмысленно. Дождавшись, когда наши взгляды встретились, я снова спросил:
– Ты знаешь других девушек?
Она отрицательно покачала головой.
– Откуда они? С твоего курса? Из женского студенческого общества?
Девушка снова тряхнула головой.
– Нет. Мы все… откликнулись на объявление модельного агентства. Фотосессия. Сначала на пляже, потом – на яхте. Тем, кого выберут, обещали по пятьсот долларов. В конце концов отобрали десятерых, посадили в маленькую лодку – даже меньше, чем ваша, – и отвезли в этот дом на сваях.
Умный ход.
– Сколько дней вы там пробыли?
– Пять… Я так думаю.
– А куда вас собирались отвезти потом, ты знаешь?
– Понятия не имею.
Я вернулся к лодке, достал из непромокаемого футляра телефон и вывел на экран фотографию Энжел.
– Видела когда-нибудь эту девушку?
Она внимательно всмотрелась в снимок.
– Нет. Никогда.
– Ты уверена? Пожалуйста, посмотри внимательнее!
Девушка взглянула на снимок еще раз и снова качнула головой.
Я повернулся к Летте:
