– Мы называем себя «СС[36]», – усмехнулась Стелла. – Очень мило с вашей стороны было пригласить нас.
Стэн улыбнулся и протянул Лоре пуансетию и бутылку розового игристого вина.
– Что может быть лучше розового шампанского на Рождество? – сказала Стелла, поправляя платье и проверяя, в порядке ли прическа, перед зеркалом в вестибюле.
Когда Солнышко с гордостью проводила экскурсию по дому, Стелла и Стэн охали и ахали. В кухне Фредди взбивал соус, поливал жаркое подливкой, прокалывал варящуюся брюссельскую капусту и пил «Водкатини»[37]. И иногда бросал украдкой взгляд на Лору. Несколько раз их глаза встречались, и он не отводил взгляда. Лора ощущала, как внутри разливается тепло. Он настоял на том, чтобы помочь ей приготовить обед, дабы показать, насколько благодарен ей за приглашение. Он поднял бокал за Лору.
– Если они «СС», то я агент 007.
Рождественский обед был великолепен, как Лора и рассчитывала. В сказочной обстановке, создаваемой серебряным, белым и сверкающим, они слишком много ели и пили, стреляли хлопушками-конфетами и рассказывали анекдоты. Морковка расположился под столом, принимая лакомые кусочки из всех рук, тянувшихся к нему. Лора узнала, что Стелла – член книжного клуба и танцует фламенко, а Стэн увлекается дартсом и даже в составе команды местного паба участвует в соревнованиях.
На данный момент они занимали второе место в лиге, и им предстояло сыграть еще три матча, так что они рассчитывали на первенство. Но самым большим увлечением Стэна была музыка. К огромному удовольствию Фредди, их вкусы, весьма разнообразные, совпадали. Им нравились и Дэвид Боуи, и Арт Пеппер, и «The Proclaimers», и Этта Джеймс. Теперь было понятно, откуда у Солнышка такая любовь к музыке и танцам.
Пока Лора, Солнышко и Стелла убирали со стола, а затем занялись разбомбленным участком, который когда-то был кухней, Фредди и Стэн развалились в креслах, напоминая парочку осевших суфле.
– Это был лучший рождественский обед за последние несколько лет, – сказал Стэн, любовно поглаживая живот. – Только не говори этого хозяйке, – добавил он, подмигнув Фредди.
Морковка наконец-то вылез из-под стола и теперь, довольный, спал рядом с Фредди. Фредди налил Стэну виски.
– Ну и каково это – быть машинистом поезда? Так же круто, как и звучит? Мечта каждого школьника?
Стэн размешал янтарную жидкость в стакане и, понюхав ее, одобрительно покивал.
– По большей части – да, – ответил он. – Иногда я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Но я практически завязал с этим, не успев по-настоящему начать.
Он отпил виски, в кои-то веки вспоминая о том, о чем старался забыть.
– Я тогда ездил без сопровождения, всего пару недель. Был последний рейс в тот день; на улице было темно и холодно, и я с нетерпением ждал конца рейса, чтобы отправиться домой ужинать. Я ее не видел, пока ее не ударила кабина. После этого смотреть было практически не на что.
Он сделал глоток виски, теперь большой.
– Об этом написали в местной газете. Она была больна – так было сказано в заметке. Проблемы с нервной системой. Было холодно, она стояла и ждала. Ждала мой поезд. Это ужасно. У нее был ребенок, девочка. Бедное маленькое существо. Ее фото напечатали в газете.
Фредди покачал головой и присвистнул.
– Господи, Стэн, мне так жаль!
Стэн осушил стакан и с глухим стуком поставил его на стол.
– Это все виски, – сказал он. – Я от него становлюсь сентиментальным. Это давно было. Слава богу, Стелла привела меня в чувство и убедила снова сесть за руль: я ведь не мог даже машину водить. – Они какое-то время молчали, а потом Стэн добавил: – Но Солнышку ни слова. Я ей никогда не рассказывал.
– Конечно.
Морковка навострил уши, услышав шаги в вестибюле. Вошла Солнышко с подносом, а за ней – Лора и Стелла. Девушка поставила поднос на стол.
– Время для приятной чашечки чая и еще более приятных пирожков с разной начинкой, – сказала она. – А потом мы во что-нибудь поиграем!
В середине игры Солнышко вспомнила, что собиралась сказать родителям.
– Фредди – дерьмо в мешке.
Фредди чуть не подавился виски, а Стелла с самообладанием, вызывающим восхищение, спросила:
– Почему же ты так думаешь?
– Фелиция мне сказала. Она девушка Фредди.
–
Стэн трясся от смеха, Фредди явно сгорал со стыда, но Солнышко не унималась:
– Что это значит – «дерьмо в мешке»?
– Это значит, что он не очень хорошо целуется, – выпалила Лора первое, что пришло ей в голову.
– Тогда, наверное, тебе следовало бы попрактиковаться, – мягко сказала Солнышко, похлопывая Фредди по руке.
Когда Солнышко и «СС» ушли домой, дом окутала тишина. Лора осталась наедине с Морковкой. Но где же Фредди? Он исчез, когда она провожала Солнышко и «СС». Она чувствовала себя взволнованным подростком и не знала, радоваться ей или бояться. «Это все вино», – сказала она себе. Фредди вышел из зимнего сада и взял ее за руку.
– Идем.
Зимний сад был освещен множеством свечей, из ведерка со льдом выглядывала бутылка шампанского, а рядом стояли два бокала.
– Ты потанцуешь со мной? – спросил Фредди.
