— Мы можем помочь, — произнес он, но царица даже не удостоила его взглядом — продолжала смотреть в окно. — Я могу попросить помощи у королей или магических орденов. У меня есть связи среди сильных мира.
— Нет, — покачала головой царица. — Валькирии не принимают ни от кого помощи.
— Но почему, ведь это глупо?
Шум и крики стали более громкими и отчетливыми. Булфадий заметил, что Немизия тоже услышала их и повернулась к входу.
— Потому что настанет день, и нам придется отдавать долг. Люди постоянно воюют и рано или поздно попросят помощи у нас. Мы вынуждены будем откликнуться — и нам придется ввязаться в чужую войну. Нам это ни к чему.
Немизия была неприступна, как крепость. Валькирии — они все такие. Упрямые, гордые, независимые. Булфадий добавил бы еще «глупые», но этот эпитет явно был лишним. Женщины-птицы были просто другими, не такими, как люди. Возможно, все эти черты они унаследовали от своих прародителей, гарпий, с которыми по злой иронии судьбы должны вести непрекращающиеся войны.
Внезапно в чертог из окна влетела — в прямом смысле влетела, яростно махая крыльями — валькирия с копьем. Одета она была так же, как и ее сестры. В серых глазах блуждало возбуждение, голос дрожал от напряжения.
— Царица, царица! — прокричала она, опустилась на пол, припав на одно колено и склонив голову. — Прощу простить за вторжение, но я вынуждена была оповестить вас как можно скорее.
— Говори, сестра, что случилось? — В голосе Немизии засквозила тревога.
— Гарпии атаковали наш западный гарнизон. Прорвали оборону и ворвались в Валь-Кирин. Их много, царица. Несколько сотен. Такого еще не было.
Щеки царицы стали стремительно краснеть, будто их только что намазали свеклой, а в глазах зажглись угольки гнева.
— Созвать всех! — громко распорядилась она и бросила на Булфадия опустошенный взгляд. — Вот видишь, человек. У меня совсем нет времени на твои сказки. Уходи, теперь я не могу гарантировать тебе безопасность.
Последние слова Немизия договаривала, выпрыгивая из окна. Взмах огромных крыльев, и валькирия полетела вниз. Вестовая последовала за ней. Булфадию лишь оставалось наблюдать, как две женщины-птицы уменьшаются на глазах. Внизу к ним присоединилось еще две валькирии, а потом они скрылись за кронами Благородных дубов. Магистр быстрым шагом направился к выходу из чертога, в очередной раз пожалев, что не обладает способностями своего ученика.
Пока он петлял по бревенчатым дорожкам и веревочным мостам, стараясь вспомнить обратную дорогу, мимо него проносились другие валькирии — кто бежал, кто летел. Все спешили исполнить приказ царицы. Снизу доносились яростные крики женщин-птиц, злобное карканье гарпий, глухое бряканье копий и свист стрел.
Он спешил на шум и, наконец, вышел к месту битвы. Два десятка гарпий лежали мертвыми, с торчащими из тел стрелами и развороченными ранами. Еще около полусотни крылатых существ бились с парой дюжин валькирий, умело орудующих копьями и прикрывающихся прямоугольными деревянными щитами. Пять женщин-птиц были убиты. Их растерзанные тела лежали накрытыми льняной тканью, уже успевшей пропитаться кровью — кто-то успел оттащить павших.
Немизия и еще две валькирии копошились над телом раненой женщины-птицы. Булфадий подошел к ним.
— Дыши, сестра, медленно. Старайся не думать ни о чем, — на удивление спокойным голосом говорила владычица Валь-Кирина. Она присела, одной рукой облокотилась о колено, а второй плавно водила над изодранной грудью валькирии. Между ладонью и раной едва заметно искажалось пространство, и повреждения как будто медленно затягивались. Валькирийская магия жизни.
— Не оставляй меня, царица, пожалуйста, — жалобным голосом произнесла раненая. Одна из женщин-птиц гладила ее по испачканным кровью волосам, вторая стискивала ладонь.
— Все будет хорошо, сестра. Ты обязательно поправишься. Я обещаю… — Немизия умолкла, подняв взгляд на магистра. — Ты еще здесь? Почему не ушел? Здесь стало опасно. — Голос царицы похолодел.
— Я хочу помочь.
Владычица Валь-Кирина несколько долгих мгновений не сводила глаз с чародея, потом в ее взгляде блеснуло отчаяние, и она снова посмотрела на раненую женщину-птицу. Булфадий принял это как знак согласия.
Хранитель Барьера зашагал к месту боя. Мимо него пронесли еще трех раненых, и две валькирии прошли сами, прихрамывая.
Из плотного ряда копьеносиц выпала валькирия, ее грудь и шея представляли собой кровавое месиво. Она пошатнулась и рухнула на деревянный помост. Следом за убитой упали еще две — обе были мертвы. Гарпии напирали, гибли одна за другой, но их натиск только усиливался. Магистр помог оттащить раненую валькирию и встал за спинами копьеносиц. Раскинул руки в стороны и стал громко проговаривать текст заклинания. На обеих ладонях образовались маленькие шарики яркого света. Чародей выкрикнул последнее слово, зажмурился и резко хлопнул в ладони. Когда магические шарики соприкоснулись, мир вокруг вспыхнул ослепительно ярким светом.
