Карриг встретил нас с Ником в библиотеке Брэнфорда. Когда я, наконец, добралась до дома, бабуля обмазала меня всеми своими целебными отварами, прежде чем уложить в постель.
Она держала рюмку перед моим лицом.
— Вот, выпей это. — В нем был ее обезболивающий эликсир. Затем она посмотрела на Каррига. — Ты должен перестать подвергать ее опасности. Ей нужно какое-то время побыть нормальной девушкой.
— Я не собираюсь спорить с тобой, женщина. — Он переступил с ноги на ногу. — Согласен. Джиа пока будет отдыхать.
Я тоже не собиралась спорить. Я с нетерпением ждала, когда смогу стать нормальной на какое-то время.
Я опрокинула рюмку.
— А где папа?
— Он на работе. Уже почти восемь утра. А теперь отдыхай. — Она поцеловала меня в лоб, затем задернула шторы и ушла, кивнув Карригу, чтобы он следовал за ней. — Я зайду позже, чтобы проведать тебя.
— Ладно.
Все болело, но самой сильной была не физическая боль. Мне хотелось плакать. Я убила человека. Я убивала и раньше, но только зверей. То, что я видела, как умирают Тод, Аркрайт и чародеи, потрясло меня. Через несколько минут бабушкин эликсир успокоил меня, и я крепко уснула. Никаких снов Асилы. Никаких навязчивых образов стрел и мечей, пронзающих тела.
Только тьма.
***
Проснувшись, почувствовала чье-то присутствие в комнате и перевернулась на другой бок, думая, что это Дейдра. Вместо этого Ник сидел в моем рабочем кресле, поглощенный игрой на телефоне.
Я вытянула руки над головой, чувствуя острую боль в левом плече. Я поморщилась и снова прижала руку к боку.
— Что ты здесь делаешь?
— Я в няньках. — Он постучал пальцем по экрану.
— Очень смешно. Кто просил тебя следить за мной?
— Никто. — Он резко повернулся в кресле. — Ты единственная, кому я нравлюсь, так что я надеялся, что ты поправишься.
— Кто сказал, что ты мне нравишься?
Он пожал плечами.
— Ты спала десять часов, двадцать две минуты и ровно десять секунд. Одиннадцать. Двенадцать. Тринадцать…
— Я поняла, — оборвала я его и приподнялась на подушках. — Думаю, что смогу проспать целую неделю.
— Может, тебе стоит принять душ? Ты вроде как воняешь.
Я ухмыльнулась.
— И ты удивляешься, почему тебя никто не любит.
— Ужин почти готов, — сказал он.
Я принюхалась, и то, что готовилось, действительно пахло восхитительно.
— Надеюсь, на вкус он так же хорош, как и на запах.
— Так и будет. Нана готовит.
Я свесила ноги с кровати.
— Хорошо, я спущусь через секунду. — Ноги дрожали, когда я шла в ванную. Я стояла под струями горячей воды, льющейся из душа, позволяя жару расслабить мои напряженные мышцы.
Вспышки стрел, образы тел, падающих в лужи крови, и испуганное лицо человека, которого я убил, пронеслись в моей памяти. Я брызнула шампунем в ладонь и с силой втерла его в кожу головы. Стекло, окружавшее душ, сомкнулось вокруг меня. Шампунь стекал по моему лицу, обжигая глаза. В голове стучало, в ушах звенело, а тело неудержимо тряслось. Я соскользнула по стеклу на голую задницу, подтянув ноги к груди. Сначала пыталась бороться со слезами, но потом сдалась и заплакала. Я плакала изо всех сил, позволяя воде смыть мои слезы.
Выплакавшись, поднялась на ноги и закончила умываться. Вода стала холодной, и я дрожала, смывая пену с волос. Потом влезла в штаны для йоги, натянула капюшон и побрела вниз по лестнице. Папа встретил меня у арки, ведущей в столовую. Он обнял меня по-медвежьи, посылая осколки боли вниз по руке.
Я съежилась и отпрянула от него.
— Прости. — Его лицо исказилось от беспокойства. — Я совсем забыл о твоей ране. Ты в порядке?
— Да все не так уж плохо, — солгала я. Это было очень плохо, и я прижимала руку к боку, чтобы не шевелить ею.
Папа со Дня Благодарения поставил складной столик на одном конце официального стола из красного дерева. Лея, Каил, Яран, Демос и Арик заняли один конец, в то время как Дейдра, Нана, Фейт, Ник и папа заняли другой. Я опустилась на пустой стул, стоявший в центре между Фейт и Ником.
Поудобнее устроилась на стуле и осмотрела тарелки на столе, стараясь не смотреть на Арика.
— Жареная курица? — мой голос звучал хрипло.
Было странно видеть здесь Арика. Неудобно. Я вертела в руках нож для масла рядом с тарелкой. Но вполне логично, что его включат в список. Он был частью нашей команды. Это никогда не изменится.
— И картофельное пюре, — добавила Фейт.
— Я подумала, что нам надо поесть чего-нибудь такого, что прибавит веса твоим костям, — сказала Нана, беря блюдо с курицей и передавая его папе.
Миску передали Фейт, и она плюхнула огромную ложку на мою тарелку.
— Нана учит меня готовить.
— И она стала профессионалом. — Бабушка полила картошку соусом. — Она могла бы пойти на одно из этих кулинарных шоу.
Фейт засияла.
Я съела две порции всего, что было на столе. Я даже съела два кусочка бабушкиного яблочного пирога с карамелью. Мы сидели вокруг стола, болтали и смеялись. Я продолжала улыбаться, надеясь скрыть тот факт, что чувствовала себя неловко рядом с Ариком. К счастью, Демос и Яран заслоняли его от меня. Каждый раз, когда Арик говорил, все смотрели на меня, чтобы увидеть мою реакцию, что делало ситуацию еще более неловкой.
