Я слегка сжала руку Арика, чтобы показать свою поддержку.
Сладкая улыбка тронула его губы. Он посмотрел мне в глаза с самым печальным выражением лица.
— Все так, как и должно быть. Вот что сказал бы Мерл.
— Мне очень жаль, Арик. Он был великим человеком и гордился тобой.
— Я знаю. Он убедился, что я знаю о его чувствах. Он бы тоже тобой гордился. Благодаря тебе воцарился мир, — прошептал он срывающимся голосом. — Я никогда не восхищался и не уважал никого больше, чем тебя сейчас. Я никогда больше не подведу тебя, Джиа.
— Ты не подвел меня.
— Подвел. Я позволил своим эмоциям при виде Мерла… — он резко втянул воздух.
Моя рука снова нашла его руку.
— Остановись. Если бы это был дядя Филип, меня бы тоже парализовало.
— Ты слишком добра. — Он опустил голову и смахнул слезы с глаз.
— Спасибо. — Дядя Филип поднялся на трибуну. — С тяжелым сердцем я пришел к вам сегодня. Мой наставник, мой друг, отправился туда, где живут люди из обоих миров. Я почитал его как отца. Я доверял ему свое благополучие, как каждый из вас доверял его правлению.
— Охотники за головами захватили Красного и его банду, и их отправили в Сомниум. Мир Мистиков вступил в мирное время.
Толпа зааплодировала.
Его взгляд окинул толпу и остановился на мне.
— Я не всегда был мягким и снисходительным человеком.
Толпа засмеялась.
— Потребовалась молодая женщина с боевым духом, чтобы вытащить это из меня. Я благодарен ей каждый день. Если бы не она, нас бы сегодня здесь не было. Джианна, al caldo il mio cuore.
Ты согреваешь мое сердце.
Слезы вырвались из моих глаз, увлажняя щеки. Я отпустила руку Арика и вытерла глаза кончиками пальцев. Мне хотелось сказать дяде Филипу, что он согрел и мое сердце, но я могла бы отложить это на потом.
— Во время нападения на Асил было много разбитых сердец, — продолжал дядя Филип. — Сегодня мы будем чествовать тех, кто пал, и радоваться нашему новому началу. Да благословит нас Святая Агнесса. Наслаждайтесь празднеством.
Бастьен и его мать встали вместе с другими членами королевской семьи и присоединились к ликующей толпе. Он что-то прошептал ей, и она кивнула. Они обогнули остальных членов королевской семьи и вышли из секции мягких кресел. Он повел мать за сцену, и я больше не могла его видеть. Как будто земля перевернулась, и я кувыркнулась, падая и кренясь, и ничто не могло меня остановить. Я хотела догнать его, остановить, чтобы он не ушел, и это чувство удивило меня.
— Может, поедим? — Лея прервала мой транс на углу, где исчез Бастьен. — Я умираю с голоду.
Ошеломленная, я последовала за ней.
— Мой желудок ест сам себя, — добавил Демос.
— Жаль, что Фейт не смогла этого сделать, — сказал Яран, идя рядом со мной. Мы направились к столикам, накрытым разноцветными балдахинами, спускавшимися со сцены вниз по склону холма.
— Смерть Мерла сильно ударила по Фейт, — сказала я, приходя в себя от чувства потери, которое испытала, наблюдая за уходом Бастьена. — Папа с ней.
— Я понимаю, что она чувствует, — сказал Арик.
Я узнала парня, который стоял один, все еще глядя на сцену, когда все замолчали. У мужчины были жесткие светлые волосы, свисавшие на большой лоб, мускулистое и крепкое тело, и выражение обреченности на лице.
— Эдгар? — Я поспешила к нему. Я не видела его с тех пор, как спасла Каррига из Эстерила. Он работал там под прикрытием, чтобы добывать информацию для Асила, и я раскрыла его прикрытие. Ему пришлось убить охранника, чтобы спасти свою и мою жизни.
— Джиа, — сказал он бесстрастно. — Доставляешь еще больше хлопот, да?
— Я не… неважно. Что ты здесь делаешь? Я думала, ты в Эстериле, перестройка и все такое.
У него было такое выражение лица, что я испугалась. Я знала, что после исчезновения Конемара в русском убежище будет много работы. Новость состояла в том, что люди выздоравливали, возвращая себе контроль. Многие ненавидели правление Конемара и были благодарны другим убежищам за поддержку.
— Да, это так. Все идет хорошо. Но есть еще подпольная группа, которая злится из-за потери своего Верховного Чародея. Злится, что их вход в библиотеки закрыт. Злится почти на все. — Он посмотрел на каждого Стража. — Никогда не теряй бдительности, сколько бы ни говорили о мире. — Он заметил, что толпа вокруг дяди Филипа поредела. — Я должен идти. Было приятно снова тебя увидеть.
— Эдгар, подожди, — сказала я, бросаясь к нему.
Он остановился, переводя взгляд с дяди Филипа на меня.
— В чем дело? Мне надо спешить.
Я подошла к нему поближе и понизила голос.
— Ходят слухи, что Совет Чародеев коррумпирован. Ты не знаешь, есть ли в этом хоть капля правды?
