Наступившее утро должно было стать последним для разбойника Аледа, приговоренного к смертной казни. Но судьба поступает с ним иначе. Казнь не состоится, однако с прежней жизнью Алед прощается навсегда. Мрачный старик в черном вызволяет его из темницы, и вскоре бежавшего преступника все сильнее затягивает в круговорот странных событий, за которыми стоят враждующие друг с другом темные силы надземного и подземного миров.
© Владимир Маягин, 2019
© Владимир Маягин, иллюстрации, 2019
© Владимир Маягин, дизайн обложки, 2019
ISBN 978-5-4496-8416-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Звон колокола звучал настойчиво и не смолкал долгое время.
Над таинственным безмолвным замком занималось утро. Лучи алой зари грели замшелые стены башен и черепицу покатых крыш. Это место извечно выглядело тихим и безмятежным, однако весь мир помнил, что порой судьба сущего решалась здесь, за этими серыми стенами. Когда-то именно здесь принимались те решения, которые заставляли мир вздрогнуть. Но минули уж те времена. Однако с тех пор, когда маги Тригорья еще имели влияние в Гэмдровсе и остальном мире, прошло не так уж много лет…
Возвращение Короля Мрака было предсказано задолго до того часа, когда он в облике огромного пламенного дракона вновь явился из бездны Вилорна. Неизвестный дотоле никому ясновидец Кисторин, чье имя и по сей день окутано тайной, предупредил мир о сгущении Тьмы. Он же рассказал магам Тригорья и о рождении Трех Избранных, чей дух и сила сразят врага и прогонят демона назад в пекло Старого Солнца. Когда загрохотали барабаны великой войны, и полчища темных тварей полезли из твердынь, подвластных Королю Мрака, Три Меченосца, как нарекли спасителей народы Восточного Гэмдровса, пробрались в самое логово врага и свергли его с черного трона. Дардол был уничтожен, и дух его более не сможет вернуться в надземный мир, — так принято считать и по сей день.
С уничтожением Короля Мрака мир ступил на новую тропу. Лучи Новой Эпохи озарили землю. Но время, когда к Тригорью относились с почтением, вскоре осталось в прошлом. Когда Содружество Восточных Королевств наложило запрет на все, что хоть как-то касалось Тригорья, большинство магов, кто пережил войну, оставили символичный тригорский посох и разбрелись по миру. Творить магию не воспрещалось, но великий Тригорский Орден потерял свою власть и почитаемость, а в некоторых странах тригорцев и вовсе стали презирать. Причиной тому было то, что, по утверждениям властителей Содружества, этот орден, чьим предназначением извечно была борьба со злом, породил на свет новое зло. И то зло было столь ужасным, что убоялись его даже бывшие слуги Короля Мрака. О да, предсказания Кисторина сбылись. Три Меченосца выполнили возложенную на них миссию — свергли Дардола. Мир был спасен, но не так все было хорошо, как считал поначалу весь Гэмдровс. Ибо в те дни один из старейших чародеев Тригорья отринул Свет и повернулся лицом к Тьме. Царем Алого Огня провозгласил он себя, и столь великую силу сумел он почерпнуть из огненных глубин Вилорна, что никто не мог и вообразить, чем все это может обернуться.
Тригорский Орден пришел в упадок. Лишь немногие, самые стойкие служители не отреклись от старых клятв, не оставили стен крепости магов. И по сей день они находились здесь. Но то была лишь горстка дряхлых старцев. Половина необъятного Гэмдровса относилась к ним с недоверием, другая половина открыто ненавидела и боялась. Давно уж забыты те времена, когда маги Тригорья странствовали по землям Гэмдровса и повсюду с честью бывали приняты во всяком доме всякого города.
Тишина давно уж воцарилась над Замком. Без малого два десятка зим маги ждали, когда Колокол Экгара даст набат. И вот наконец это случилось: заросший паутиной ржавый кусок железа звонил. Испуганные стаи летучих мышей вслепую понеслись прочь с башни звонаря. Верховный Маг созывал всех на совет. Первый совет за долгие двадцать лет…
Огромный Белый Зал, который некогда собирал сотни чародеев, в этот раз был почти пуст. Девять стариков в синих мантиях рассаживались за одним из двух длинных столов из белого мрамора. Кресло за третьим столом, который располагался как бы во главе двух других, еще пустовало. Маги молчали, лишь хмурили брови и изредка в нетерпеливом ожидании поглядывали в сторону большого проема в конце зала.
Послышались шаги. Вскоре в зал вошел еще один чародей в синей мантии. Он вошел не через парадный вход, а показался со стороны коридора, который соединял Белый Зал с Башней. От других магов его отличал золотой венец, украшающий седую голову. Громко переставляя посох с набалдашником в виде трех горных вершин, он неспешно проследовал к своему месту. Все остальные встали и почтительно склонили головы.
