Было темновато, но я разглядел, что место, куда молния вонзилась, почернело и даже, кажется, обуглилось.
Значит, всё-таки оружие. Хотя чёрт его знает, какие у местных строительных рабочих могут быть инструменты. А вдруг это сварочный аппарат? Всё, отставить, эдак своё же воображение доведёт меня, пожалуй, до полного абсурда.
— И всё равно моя «беретта» круче, — объявил я и подмигнул Марте, которая улыбнулась мне в ответ краем рта.
Обыск пятиглазого ничего не дал.
Все три его кармана на длинной «безрукавке» оказались пусты, словно кошелёк алкоголика после недельного запоя, а других карманов на одежде не обнаружилось.
— Ни хрена у него больше нет, кроме этого ружьёца, — сообщил я, выпрямляясь. — Даже странно.
— Почему странно?
— Возьми нас. И оружие, и две сумки — твоя и моя. С необходимыми вещами. А у него только оружие. О чём это говорит?
— Понятия не имею, — хмыкнула Марта. — Может быть, о том, что он местный?
— Хорошая мысль, — кивнул я. — Но тогда мы с тобой попали в очень неприятное место.
— Давай попробуем ещё разок твоим Камнем воспользоваться? — предложила Марта.
— И ещё одна хорошая мысль, — кивнул я. — Поздравляю. Давай. Только вначале…
Я достал из сумки цифровой фотоаппарат и сделал несколько снимков пятиглазого с разных ракурсов.
Марта хихикнула.
— Угу, — не отрываясь от видоискателя, согласился я. — Сам знаю, что похож на судебного фотографа из дешёвого сериала.
— Мысли угадываешь, — вздохнула Марта. — И всего-то на вторые сутки знакомства.
— Это хорошо или плохо? — осведомился я, спрятал фотоаппарат и наконец закурил.
— Тоже хочу, — сказала Марта, и я дал ей сигарету и поднёс огня. — Спасибо. Это не хорошо и не плохо. Пока это странно. Странно для меня.
Молча мы докурили сигареты и попробовали перейти в мою реальность ещё раз. Не вышло.
— Глухо, — констатировал я. — Ни ответа, ни привета. Такое впечатление, что Камень умер.
— Так не бывает, — неуверенно заметила Марта.
— Всё, чего раньше не было, когда-нибудь случается, — вздохнул я. — Может, конечно, и не умер. Но работать здесь он не хочет. Сюда доставил, а вот отсюда…
— А если… — Марта замялась.
— Что?
— Если мне попробовать? Понимаю, что просьба неэтична, но в нашей ситуации…
— Хочешь сказать, что вы, женщины, чувствительней нас, мужиков-чурбанов? — ухмыльнулся я и стянул с руки браслет. — На, действуй. Только не к тебе, нас там поджидают с нетерпением, и лично я их ожидания оправдывать не собираюсь. Давай в какую-нибудь альтернативку. Сможешь?
— Постараюсь изо всех сил.
Марта аккуратно надела на левую руку браслет, и мы снова обнялись.
Я стоял, вдыхал апрельский запах её волос и думал о том, что пока эта девушка меня не разочаровывает. Нигде. Ни в постели, ни в ресторане, ни в опасности. Прямо даже как-то это волнительно.
— Ничего, — разочарованно выдохнула Марта, отстраняясь. — Ни-че-го. Ты прав. Глухо.
Она сняла браслет и отдала его мне.
— Ну и хрен с ним, — нарочито бодрым тоном объявил я. — Зато мы живы и здоровы и постараемся остаться таковыми впредь. Ну что, пошли на разведку?
— Пошли, — согласилась Марта. — А что с этим делать? — она кивнула на труп Пятиглазого.
— А что мы можем сделать? Пусть здесь лежит. До поры до времени. Не с собой же его тащить.
Я снарядил магазин «беретты» до положенных 12 патронов, снова вручил пистолет Марте, сам вооружился «сварочным аппаратом» пятиглазого, и мы пошли на разведку.
Место казалось вполне защищённым.
Снизу сюда можно было попасть только одним способом — поднявшись на лифте.
«Если это, конечно, можно назвать лифтом», — думал Женька, в который раз с замиранием сердца заглядывая в шахту.
Высоты он боялся всегда, а здесь высота была серьёзной. Вполне способной внушить страх заядлому парашютисту или профессиональному строителю-монтажнику. Взрослая была высота. Никак не меньше трёхсот метров. А может, и всех четырёхсот.
Не было никакой веры в то, что шаг в эту головокружительную пустоту не приведёт к падению и неминуемой гибели. Нет, пустота обхватит, удержит, а затем быстро, мягко и беззвучно доставит тебя вниз. А потом, если сразу не покинешь шахту, снова вознесёт вверх. На это же самое место. Так вот. Веры в это не было — было знание, что так и произойдёт.
Не далее как два часа назад их маленький отряд это знание и приобрёл.
На шахту они наткнулись случайно, стараясь подальше уйти от зимнего сада, где произошло боевое взаимодействие неведомо с кем. Они сознательно выбрали иную дорогу — не ту, которой в зимний сад попали. Благо дорог этих было несколько.
Ярко освещённую нишу в стене трудно было не заметить, поскольку они буквально наткнулись на неё, преодолев анфиладу овальных в плане помещений непонятного назначения. Впрочем, здесь всё почти имело для них непонятное назначение. За исключением, пожалуй, зимнего сада, который пришлось оставить. Тем больше хотелось узнать назначение хоть чего-то.
Поэтому, наверное, Никита и влез со своим любопытным носом в эту нишу.
