Молча кивнула. Любовь с первого взгляда не про меня. Даже в детстве и в школе не происходило такого, чтобы я без памяти влюблялась во внешность, ведь издали невозможно оценить что-то большее.
— Ты последовательна, мыслишь трезво, и это замечательно. Думаю, ты и сама понимаешь, что в отношениях главное не любовь, а то, что уже есть между нами.
Снова кивнула, хотя не совсем была согласна. Наверное, романтизм не искоренить из девушки. Потому что даже со своим скептичным взглядом на любовь и отношения, где-то в глубине души я все же мечтала о настоящих чувствах, вопреки всему и всем. Но Арк прав, наверное, я слишком расчетлива для такого. И проблема не в нем или Дайросе, а во мне.
— Дружба, верность, доверие. Многие пары идут к этому годы. А любовь… Она бывает разная. Ты же не можешь сказать, что ничего ко мне не испытываешь?
— Ты мой друг, — горло перехватывало, и слова звучали глухо.
Теперь и я передернула плечами в бессмысленной попытке сбросить напряжение, установившееся между нами.
Пальца Аркариона скользнули в волосы, прихватили их у корней. Когда вторая его ладонь пробежалась по талии к пояснице, чтобы притянуть меня ближе, уперла руки в его грудь. Но бороться с ним, как пытаться сдвинуть танк. К счастью, Арк лишь мимолетно поцеловал меня в щеку и прижал к груди. Наверное, понимал, что в ином случае я, как минимум, укушу.
— Влечение же есть? — спросил тихо, медленно массирую кожу головы сильными пальцами, отчего по телу разбежались колкие мурашки.
— Есть, но….
Какая девушка не будет испытывать влечения к Аркариона и… Дайросу? Сильные воины, в хорошей форме. Верные друзья и соратники. Мне повезло, что я встретила их. И безумно не повезло, что в дружбу вклинились иные чувства. Только, наверное, не зря говорят, что дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Кто-то да перейдет черту.
— Никаких «но». Это не просто отношения, это политический брак, на который ты сама дала согласие. Тебя же все устраивало до этого, так что изменилось теперь? Переживаешь, что не любишь по-настоящему? Я ведь все понимаю, поэтому и не тороплю. Хотя, — усмехнулся, — Дайрос с Лалиэн тоже не любят друг друга, но это не мешает им проводить ночи вместе, правда?
После его слов перед глазами явственно встала сцена, свидетелем которой я стала. Полуобнаженная Лалиэн в объятиях Дайроса. Вот уж кто не задумывается о чувствах. Либо Дайрос, как и я, не способен на любовь, а ко мне испытывает лишь влечение и вожделение.
На плечи вдруг навалилась какая-то усталость. И что я в самом деле? Я же с Земли. Для секса не нужны чувства. Может, они вообще лишние? Особенно в мире королевских интриг. Они лишь все усложняют. И ведь пример у меня перед глазами. Мария, наверняка, любила своего любовника, и итогом стала разрушенная семья.
— Наверное, — пробормотала, окончательно скиснув.
***
После разговора с Аркарионом было так муторно на душе, не говоря о том, что мы так ни к чему и не пришли. Я даже не поделилась с ним переживаниями по поводу слов Исааза, хотя стоило бы. Заснуть не удавалось. Я металась на кровати, периодически проваливаясь в дрему. Но и во сне тяжелые думы не оставляли. Мне снилась война, смерти, кровь.
В холодном поту я вскочила с кровати. Огляделась, даже не сразу вспомнив, где нахожусь. Ведь это не сон, а воспоминания Исааза.
«Но ты всегда можешь уберечь друзей”.
“Зачем тебе эта война? Зачем, вообще, ты это начал?».
«Я? Это начал не я, Александра. Джунаас, ты с ним познакомилась у Древа. Он предсказал, что я принесу смерть Безликим. И я принес. После того, как чуть не погиб сам», — холодно усмехнулся, а в груди разлились горечь и боль.
«Но причем здесь остальные, весь мир?».
«Мир, который ты видишь, погибает. Но я намерен дать ему второй шанс. На своих условиях. Для себя и своих детей».
«Это неправильно!».
«А что правильно? В этой жизни нет правды и справедливости. То, что хорошо для одного, может стать бедой для многих, и наоборот. Скольких ты убила на пути? Защищалась, не виню. А сколько вдов ты за собой оставила? Сирот? Сможешь убедить их в своей правде?».
Его слова принесли опустошение в душу. Выжгли все чувства, оставив за собой горечь и боль. Ведь правда, что правильно, а что нет? Я предпочла очерстветь, закрыться, не обращать внимания на жертвы. Каждый борется за свою жизнь. И я не исключение. Вот только стоит подумать о своих поступках в глобальном плане, как становится не по себе.
Не в состоянии больше находиться в душном помещении, я переоделась и покинула покои. Скорее даже выбежала, пронеслась по пустым коридорам, пока не выбежала на широкий полукруглый балкон. И остановилась только у каменного парапета.
Город отсюда предстал как на ладони, прекрасный и величественный. Но сейчас я так скучала по небу и прикосновениям ветра. Свет часов был тусклым, постепенно разгораясь, как и все фонари в городе. Потому я предположила, что еще царит ночь. Похоже, проспала я недолго. Да и легкое головокружение от алкоголя говорило о том же.
— Лекс? — донесся обеспокоенный голос Дайроса.
