Иди сделала вид, что не слышит, и посмотрела через дорогу.
– Я пойду в тот ресторан и поговорю с гардеробщицей. Кроме нее некому. Если потребуется, поговорю с управляющим.
К ее удивлению, Бен схватил ее так крепко, что она почувствовала его хватку на своей руке даже через пальто.
– Ты выставишь себя полной дурой, Иди.
Она посмотрела на него, пытаясь высвободить свою руку из его хватки.
– Сделанного не вернешь. Ты не можешь повернуть время вспять, даже если бы ты доказала факт кражи, который ты доказать не можешь. – Он вздохнул. – Иди, дорогая, как юрист, я чувствую себя обязанным сказать тебе, что это будет лишь твое слово против нее, и у тебя нет абсолютно никаких доказательств…
– Что? Она была единственной, кто имел возможность их взять.
– Но там была не одна гардеробщица, и еще куча сотрудников ресторана. Сара, возможно, вышла на перерыв. Кому-то, вероятно, приглянулись твои эскизы, и он решил прихватить несколько… а затем понял, что это больше, чем просто рисунки, и…
– И что? Откуда он знал, кому их продать? Моим прямым конкурентам?
– Ну, откуда Саре знать, что с ними делать?
– Я не знаю, Бен!
– Ну, пока не узнаешь, я предлагаю тебе оставить свои обвинения при себе.
Иди покачала головой в ответ на предупреждение в его взгляде.
– Тот, кто это сделал, очень помешал мне. Он почти заставил меня сдаться, Бен, но я продолжаю бороться.
– Это прекрасно, – пробормотал он, но она не услышала искренности в его голосе.
Гнев остыл, и Иди почувствовала холодное покалывание на своем лице.
– Почему ты не рад за меня?
– Я рад. Но ты могла бы сделать меня гораздо счастливее, приняв мое предложение, Иди.
Она посмотрела на него, и в тот момент у нее закончились силы сражаться с одним из своих самых ярых союзников.
– Ладно, Бен, – устало сказала она. – Начинай готовить документы, которые сделают меня свободной женщиной, а я серьезно подумаю над твоим предложением.
Она слабо улыбнулась, глядя на то, как он радостно смеется, пряча свое равнодушие и новую ужасную мысль, которая только что пришла ей в голову.
– Я сделаю тебя самой счастливой, – пообещал он.
Она кивнула.
– Прости, но мне вдруг стало очень холодно, и голова заболела. Я все же не смогу выпить с тобой кофе. Наверное, пойду домой пораньше и проведу остаток дня с Томми.
– Я тебя провожу…
– Нет, не надо. Мне все равно еще нужно кое-что сделать, прежде чем уйти. Ты иди.
Он нахмурился.
– Иди, обещай мне, что не будешь говорить с Сарой. Последствия могут быть очень неприятными.
«Да, но для кого?» Она постаралась, чтобы он не увидел у нее на лице признаков нового тревожного открытия.
– Обещаю.
Позже, в салоне, она рассказала Мадлен, что согласилась начать процесс юридического расторжения брака.
– Рада за тебя, – ответила Мадлен. – Наверное.
– Да? Я не чувствую ничего, кроме пустоты. Том где-то там, я уверена. И просто не знает, как меня найти.
– Бен думает, что ты могла бы его полюбить.
Иди застонала.
– Полюблю ли я его так, как любила Тома? Нет. Никогда. Даже не близко.
– Не обманывай Бена. Он заслуживает лучшего. Он хороший человек.
– Ты думаешь? – спросила Иди, наконец позволив себе высказать терзающую ее догадку, которая мучила ее с момента вспышки раздражения у Бена на улице.
– А разве нет?
Она нервно провела рукой по волосам.
– Я должна тебе кое-что сказать. У меня нет никаких доказательств, так что это только предположение.
Выражение лица Мадлен омрачилось.
– В ту ночь, когда пропали эскизы, Бен едва взглянул на девушку, которая работала в гардеробе. Он вел себя странно. С тех пор как его сделали партнером в юридической фирме, Бен стал свысока смотреть на тех, кто ему прислуживает. Он исполнен собственной значимости. Став членом Свитунского клуба, он перестал общаться со многими старыми друзьями, не считая своей семьи. Думаю, для Бена очень важно на сто процентов выглядеть как успешный городской адвокат. – Она пожала плечами. – Он наконец… переезжает в собственный дом в Челси. И теперь ему нужна жена и дети. Он готов проглотить свою гордость и снова попробовать вернуть отношения со мной, но ему тяжело смириться с тем, что у меня есть свой бизнес.
– Какое все это имеет отношение к твоим пропавшим эскизам?
– Ну, меня смутило то, что он едва взглянул на девушку, у которой я оставила свою папку.
– И что?
– А во время нашего спора на улице назвал ее по имени. Он назвал ее Сара. И я знаю, что это ее имя, потому что мне она сказала его, но Бена в тот момент рядом не было.
Мадлен с тревогой посмотрела на нее. Иди подошла к манекену, который подготовила Мадлен. Взяла рулон крепдешина и развернула его на столе. Потом начала драпировать тканью манекен, с головой погрузившись в безопасный знакомый ритуал, оценивая вес, блеск, структуру ткани.
– В тот вечер Бен забрал мою папку, – сказала она. – Но я заметила его тревогу только сейчас. Ему ужасно не хотелось, чтобы я поговорила с Сарой или с кем-то из руководства.
– Ты серьезно считаешь, что Бен, человек, который утверждает, что любит тебя, украл твои эскизы и отдал их конкурентам?
– Я думаю, что у него была такая возможность, вот и все.
– А смысл?
