Считается, что современником Кира (Старшего) был лидийский царь Крез (якобы 560–546 годы до н. э.) из династии Мермнадов [92]. По Геродоту, их жизненные пути тесно переплетались. Как мы сейчас увидим, жизнеописание Креза частично впитало в себя сведения об Андронике-Христе, то есть о царе Кире. Получилось так, что на страницах старинных летописей, отредактированных в XVII веке, два фантомных отражения Христа воюют друг с другом и даже беседуют друг с другом. Мы остановимся на самом ярком сюжете из «биографии» Креза — на его почти совершившейся, но неожиданно прерванной казни. Казнит его царь Кир. По-видимому, казнь Креза является отражением казни и воскресения Христа. В этом эпизоде под именем «царя Кира» описан, вероятно, евангельский царь Ирод или римский прокуратор Иудеи Понтий Пилат.
Согласно Геродоту, дело было так.
«Персы (во главе с Киром — Авт.) овладели Сардами и САМОГО КРЕЗА ВЗЯЛИ В ПЛЕН ЖИВЫМ… ПЛЕННОГО КРЕЗА ПЕРСЫ ОТВЕЛИ К КИРУ. А КИР ВЕЛЕЛ СЛОЖИТЬ ОГРОМНЫЙ КОСТЕР И НА НЕГО ВОЗВЕСТИ КРЕЗА В ОКОВАХ, А С НИМ „ДВАЖДЫ СЕМЬ СЫНОВ ЛИДИЙСКИХ“. Быть может, Кир хотел принести их в жертву как победный дар некоему божеству или же исполнить данный обет. Быть может, наконец, так как Киру было известно БЛАГОЧЕСТИЕ КРЕЗА, КИР ВОЗВЕЛ ЛИДИЙСКОГО ЦАРЯ НА КОСТЕР, ЖЕЛАЯ УЗНАТЬ, НЕ СПАСЕТ ЛИ ЕГО ОТ СОЖЖЕНИЯ КАКОЕ-НИБУДЬ БОЖЕСТВО… А КРЕЗ, СТОЯ НА КОСТРЕ, все же в своем ужасном положении вспомнил вдохновенные божеством слова Солона о том, что никого при жизни нельзя считать счастливым. Когда Крезу пришла эта мысль, ОН ГЛУБОКО ВЗДОХНУЛ, ЗАСТОНАЛ И ЗАТЕМ ПОСЛЕ ДОЛГОГО МОЛЧАНИЯ ТРИЖДЫ ПРОИЗНЕС ИМЯ СОЛОНА. Кир услышал это и приказал переводчикам узнать у Креза, кого это он призывает, и те, подойдя, спросили его. Крез некоторое время хранил молчание, но затем, когда его заставили [говорить], сказал: „Я отдал бы все мои сокровища, лишь бы все владыки могли побеседовать С ТЕМ, КОГО Я ПРИЗЫВАЮ“. Так как ответ Креза был непонятен, то переводчики опять стали настаивать… В ответ на настойчивые просьбы Крез рассказал о том, как однажды прибыл в его царство афинянин Солон. Он осмотрел все царские сокровища и презрел их. Крез передал затем Киру, как все сказанное Солоном, сбылось… Так рассказывал. Крез, А КОСТЕР МЕЖДУ ТЕМ РАЗГОРАЛСЯ И УЖЕ ПЫЛАЛ… Опасаясь возмездия и рассудив, что все в человеческой жизни непостоянно, Кир повелел как можно скорее ПОТУШИТЬ ОГОНЬ И СВЕСТИ С КОСТРА КРЕЗА И ТЕХ, КТО БЫЛ С НИМ. ОДНАКО ПОПЫТКИ ПОТУШИТЬ КОСТЕР ОКАЗАЛИСЬ ТЩЕТНЫМИ. И вот… когда Крез заметил раскаяние Кира и увидел напрасные старания всех затушить пламя костра, ОН ГРОМКО ВОЗЗВАЛ К АПОЛЛОНУ. КРЕЗ МОЛИЛ БОГА: ЕСЛИ БОГУ БЫЛИ УГОДНЫ ЕГО [КРЕЗА] ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ, ТО ПУСТЬ ОН ПРИДЕТ НА ПОМОЩЬ И СПАСЕТ ОТ НАСТОЯЩЕЙ БЕДЫ. Так Крез слезно молил, призывая Аполлона. И ВОТ ТОТЧАС СРЕДЬ ЯСНОГО НЕБА И ПОЛНОГО БЕЗВЕТРИЯ ВНЕЗАПНО СГУСТИЛИСЬ ТУЧИ, И РАЗРАЗИЛАСЬ БУРЯ С СИЛЬНЫМ ЛИВНЕМ, КОТОРАЯ И ПОТУШИЛА КОСТЕР. Тогда-то Крез понял, что Крез — человек, любезный богам и благочестивый. ОН ПОВЕЛЕЛ КРЕЗУ СОЙТИ С КОСТРА…
Кир повелел снять с него оковы, усадил рядом с собой, оказывая [пленнику] величайшую честь. При этом и сам Кир и вся свита смотрели на Креза с удивлением» [18], с. 39.
3.2. Костер-Голгофа или костер-крест
Казнь и Воскресение Христа-Креза
Рассказ Геродота, конечно же, туманный. Но поскольку другого материала в данном случае у нас нет, попытаемся разобраться в этом. Внимательный взгляд показывает, что Геродот все-таки сохранил довольно много правдивых сведений.
Гору Голгофу называли также «костром».В книге «Начало Ордынской Руси» мы уже столкнулись с тем, что в старых источниках Голгофу иногда именовали КОСТРОМ. В частности, это видно в описании Плутархом гибели Юлия ЦЕЗАРЯ, одного из отражений Христа. Напомним, что в старом русском языке слово КОСТЕР обозначало, в частности, БАШНЮ или КРЕПОСТЬ. И вообще, нечто высокое, сложенное из бревен [82], т. 2, с. 347.
По-видимому, лишь впоследствии слово КОСТЕР приобрело привычный нам смысл горящих на открытом месте дров. Такое название возникло, видимо, от того, что палки и сучья, перед тем, как зажечь, складывали на земле КОСТРОМ, в виде шалаша.