Позднейшие редакторы эпохи Реформации постарались исказить первичный текст, сделав его ерническим, вписав «юмористическое» замечание, что Клеона (Иоанна Крестителя) ОБЛИЛИ ПОМОЯМИ. Вероятно, решили исподтишка все-таки поиздеваться над обрядом христианского крещения вообще. Крещенскую воду, вылитую на голову великого святого Иоанна Крестителя (Клеона), грубо обозвали грязными помоями. При этом предусмотрительно загородились от возможного обвинения в святотатстве тем, что в предыдущей фразе сохранили положительное упоминание о крещенской воде как о «влаге амвросии дивной». Прием известный. Смешать в одну кучу белое с черным, и в нужный момент выдергивать из получившейся мешанины то одно, то другое. На церковном суде, например, стали бы громко заявлять, что мы, дескать, настоящие, глубоко верующие христиане. Видите, про дивную амвросию пишем! А в «прогрессивной реформаторской» среде «критиков имперского режима» выпячивали совсем другое, и начинали глумливо ухмыляться насчет чесночных помоев, выливаемых на голову при крещении. Причем на голову не кого-нибудь, а самого Клеона (Иоанна Крестителя). Реформаторы возбужденно аплодировали и, подбадривая друг друга, наперебой восклицали: как смело! какие прогрессивные борцы за правду! Получилась «веселая комедия Аристофана». Вероятно, все это критиканство расцвело в то время, когда Великая Империя еще была в силе, и за подобные «свободолюбивые песни» могли подвергнуть справедливым наказаниям. Вот и приходилось прикрывать оскорбления веры и фактические призывы к мятежу внешне верноподданическими реверансами в сторону властей. «Критики» люто ненавидели Русь-Орду, но в то же время смертельно ее боялись. Поэтому подтачивали Империю исподволь.
Тот факт, что исходная основа дошедшего до нас текста «комедии» Аристофана вполне серьезна и никак первоначально не была связана с шутовством, признают и современные комментаторы. Пишут так: «„Всадники“ были направлены против руководителя афинской демократии Клеона, отражавшего интересы ее наиболее агрессивных слоев. В пародийном свете выводится в комедии победа, одержанная Клеоном над спартанцами на острове Сфактерия… Аристофан изображает этот факт как покупку Демосом — афинским народом — нового раба, кожевника по профессии (Клеон владел кожевенной мастерской)» [5], т. 1, с. 493.
Так что борьба в то время была нешуточной. В развязную «комедию» ее превратили уже существенно позже, в эпоху Реформации.
Аристофан рассказывает о следующей истории, вызвавшей, судя по всему, большой резонанс в афинском (царь-градском) обществе. Колбасник публично обвиняет Клеона в различных «грехах», и, слушая эти речи, афинский народ начинает колебаться и сомневаться — стоит ли ему и дальше поддерживать Клеона.
Итак, выясняется, что неистовый Клеон обвинил некоего Гритта в блуде и предал его бесчестью. Подробности Аристофан не сообщает, но, судя по всему, история эта была в свое время широко известна. Клеон претендует даже на то, что он вообще очистил от блуда весь город Афины. О чем тут идет речь?
С точки зрения нашей реконструкции ответ ясен. Перед нами — слегка искаженная знаменитая евангельская история о царе Ироде и его жене Иродиаде. Напомним, что царь Ирод женился на жене своего брата Филиппа. Иоанн Креститель гневно осудил это. Евангелия говорят:
