Эта история могла бы закончиться трагически, если бы Господь не послал нам помощь в лице шведского посла в Румынии Патрика фон Ройтерсверде, который вступился за нас. Это был глубоко верующий человек, делающий много добра. Его дверь всегда была открыта для нуждающихся и гонимых, независимо от их национальности, расы, класса или вероисповедания. Сначала он помогал евреям, страдавшим от несправедливости, а потом, когда ситуация кардинально изменилась, немцам, которые оказались в положении преследуемых.
Нам предложила свою защиту Шведская Миссия Израиля, и таким образом мы познакомились с шведским послом. Как только он узнал, что нас арестовали, он немедленно вмешался и выступил в нашу защиту, хотя это было нарушением дипломатических правил, поскольку он не имел права ходатайствовать за румынских граждан. Тем не менее его заступничество оказалось успешным.
Кроме того, нам очень повезло в том, что мы сумели удовлетворить алчность полицейских взятками. Мы решили не мучиться угрызениями совести за то, что отдавали свои деньги бандитам и шантажистам. Мы не видели разницы между бандитом и полицейским, преследующим нас за нашу веру и ставящим нас перед выбором: «Деньги или несколько лет тюрьмы». За деньги полиция вернула мне и мои бумаги, даже не просмотрев их.
На этот раз мы провели в тюрьме всего четырнадцать дней.
Пока шла война и я подвергался гонениям - и как еврей, и как проповедник, - мне удалось опубликовать несколько книг на религиозные темы под псевдонимом Раду Валентин. Под этим же именем я стал известен среди румынских верующих. (Мне попался цензор, так любивший выпить, что, наверное, разрешил бы опубликовать даже книгу о вреде алкоголя, если бы ему дали за это бочку вина).
Пастору Зольхейму, главе Норвежской Миссии Израиля в Галаце, власти постоянно досаждали: они то и дело являлись к нему ночью с обыском. Он был неутомим в своей деятельности: посещая евреев в лавках, в домах, во временных лагерях, он не только проповедовал Евангелие, но и утешал, и помогал, чем мог. В итоге власти закрыли его церковь.
Он был образованным миссионером, ревностным, но никогда не падавшим духом - даже если встречал холодный приём со стороны евреев и непонимание со стороны христиан. Его жена Сильгия, шведская учительница, была ему верной помощницей.
Как-то один армейский капитан заявил ему: «Какой смысл проповедовать Евангелие евреям? Они же только смеются над вами». Зольхейм ответил: «Что вы делаете, когда получаете приказ - обсуждаете его или выполняете?» - «Выполняю» - «Вот и я тоже. Командующий Христианской армией Иисус приказал нам проповедовать Евангелие всему человечеству. Я выполняю его приказ. Не мне рассуждать о том, имеет ли это смысл: Он всё знает».
Его беззаветная преданность делу приносила плоды там, где меньше всего можно было этого ожидать. Его пример может служить подтверждением слов христианского мученика Игнатия: «Сила христианства не в убеждении, а в величии». Сквозь бренную оболочку истинно верующего человека сияет заключённое в ней сокровище, и это сокровище влечёт к себе людей.
Когда арестовали Файнштейна (в то время мы ещё не знали, что он погиб), мы пытались придумать, как его вызволить. Наконец мы пришли к решению пойти к этим убийцам и умолять их сжалиться над своей невинной жертвой. Мы решили обратиться прямо в Дипломатическую Миссию Германии.
В Румынии правила тогда банда гитлеровцев, постоянно подстрекавших народ убивать евреев. И вот в этой-то обстановке мы -христианский миссионер и еврей - отправились в Германское Посольство просить за другого еврея. Нас принял некий Герр Дитрих. Выслушав Зольхейма.он очень удивился и сказал: «Нужно быть большим идеалистом, чтобы покинуть такую прекрасную страну, как Норвегия, и приехать в Румынию для того, чтобы обращать лавочников-евреев, которые ничем кроме денег и удовольствий, не интересуются»..Было очевидно, что он искренне восхищён просьбой Зольхейма. И произошло чудо: гитлеровский приспешник пообещал сделать всё возможное, чтобы спасти Файнштейну жизнь Позднее мы узнали в Ясском полицейском участке, что из Германского посольства им, действительно, много раз звонили по поводу Файнштейна. Но было уже поздно: Файнштейна не было в живых. Ноша, которую взваливает на свои плечи миссионер, сам не являющийся евреем, действительно очень тяжела. Евреи, как правило, относятся к ним с равнодушием и даже с ненавистью, антисемиты смеются над ними; духовенство ими пренебрегает. Ко всему этому нужно ещё добавить то глубокое разочарование, которое нередко вызывает общение с некоторыми из евреев-христиан.
