— А, по-моему, в мелких проще.
— Что хотите-то? — спросил Наин.
— Да у нас вон, вольный есть, — кивнул я на Клопа, — хотим к нему в рабство уйти.
Гладиатор мельком глянул на Клопа.
— Ты не переживай, — успокоил я его, — он нормальный парень.
— Да я не сомневаюсь. А есть связи?
— Нет, — вздохнул я.
— Обмануть могут.
— Знаю. Уже один раз. Спасибо парням — меня вытянули. Но Липкий утверждает, что можно попытаться.
— Есть деньги?
— Мелочь. Хотим лошадей продать.
— Не знаю как насчёт рынков, но я согласен с Липким, лучше к дальним. Мы локотских воинов всё-таки потрепали. В ближних городах могут встречать.
— Согласен, — поддержал Чустам. — Да и в больших городах меньше внимания к незнакомым.
— Ну, тогда тронулись, — не стал я откладывать в дальний ящик решение и стал залазить на Звезданутого.
Поехали мы вдоль "подошвы" Сапожного залива. На ночь встали на берегу. Кто-то занялся хозяйственными делами, а я пошёл купаться.... Через минуту ко мне присоединился Огарик. Я хотел ему крикнуть, чтобы он снял штаны, но парень с разбега прямо в них ушёл под воду. Да и боги с ним. Минут через десять толпа здоровых и не очень мужиков, плескалась в море словно дети, позабывшие про всё на свете. Я по быстрому организовал "башики", в которых не участвовал только лекарь, по причине своего возраста. Блин! Зря я это сделал! Крику было! Да и треть времени "галить" пришлось мне. Это потом уже поняли, что не дай боги, кто появился бы на берегу, нас взяли бы голыми руками — оружия ни у одного, по понятным причинам, не было.
— За один такой вечер, уже можно жизнь отдать, — философски изрёк Солк, когда два десятка голых тел разлеглись на берегу.
Слышать из уст потенциального мертвеца такое.... было по барабану. Я просто наслаждался видом уплывающего за горизонт солнца.
В ночь выставили усиленную стражу — троих, благо, численный состав позволял сделать это. Моя смена выпала с наказанным из новеньких и Слепым. Последнего отговаривали, но он настоял, аргументировав очень хорошим слухом, прорезавшимся после того как стал плохо видеть. Хочется человеку потерять час — два сна — не жалко.
— Хромой, — подсел рядом Лиимуил, — отпусти меня.
Этак довольно неожиданно и интригующе.
— Иди.
Наказанный некоторое время помолчал:
— Я имею в виду совсем....
— Да орк тебе в печень — иди.
— А не убьёшь?
То есть мужик осознавал, что с такой просьбой рискует отправиться к духам, как и то, что в смерти его товарища виновен я. Как бы он меня режиком не поножил.
— С чего вдруг такое решение?
— Не хочу быть сломанным колесом.
— Можно поподробней?
— Я же вижу, что недолюбливаете наказанных.
— Что ж вы за люди-то. Наказанный, воёвый.... Какая разница? Липкий вон, тоже наказанный. Ходят с Чустамом косятся на друг друга. С чего решил-то?
— Так, Лохматого....
— Его не за принадлежность, а за смуту. Погорячились мы тогда, — ужас как не хотелось признавать себя неправым, однако парня надо было успокоить.
Он может и не понимал, но я точно знал, что вот как раз ему сейчас не уйти — слишком много знает.
— Я не думал что Липкий наказанный, — спустя пару минут произнёс Лиимуил.
— А как тебя среди своих звали? — стал уводить я тему.
— Не хочу рассказывать.
— Давай Лиимуил так. Ты всё ещё раз обдумаешь, пообщаешься с Липким. Одному очень тяжело выжить, я пробовал. Но если решишь, то уйдёшь, только не сейчас. Обещаю, что как можно будет — отпущу. Идёт?
— Хорошо.
— Откуда сам-то?
— Из деревни....
— Хромой! — раздался голос Чустама. — Прекращайте, вас за версту слышно!
Утром наскоро позавтракав, поехали искать воду. Удивительно, но в этом мире море тоже было солёным. Собственно, нам то, хватало жидкости — мы за час перед остановкой на ночь наткнулись на мелкую речушку и наполнили все тары. Только вот идти обратно сейчас не хотелось, а табун поить надо. В процессе сборов, я попросил Липкого переговорить с наказанным.
Ближе к обеду мы нашли воду. Радости только большой не испытали. Это была широкая, нет, широченная река, противоположенный берег которой слабо угадывался.
— Ничего себе попили водички, — задумчиво произнёс Клоп.
— Ладно, давайте поим живность и вверх по реке пойдём, — предложил Толикам.
Спорить никто не стал — выхода то другого всё равно нет.
— Древ, а тут есть мосты? — спросил я.
— Не знаю, я не бывал в этих местах.
— А откуда про города знаешь?
— Самые известные порты, как не знать. Да и залив самый оживлённый. Мостов наверно нет — переправы.
Вот уж не обрадовал, так не обрадовал. Переправа, то есть паром, так понимаю, не самый лучший для нас выход. Тем не менее, тронулись вверх по реке — был ещё путь обратно, но... наследили мы там.
Паром предстал перед нами к вечеру. Здоровая лоханка подбирала с причала народ и увозила на тот берег. От противоположного, в это время уже шла такая же конструкция на вёсельном ходу. Движитель лоханок однозначно был наш, то есть рабский.
— Что думаешь? — Спросил Чустам.
Мы вчетвером с Толикамом и Нином лежали на пригорке, наблюдая эту картину.
— Не знаю, что и думать. Может к другим городам?
