Собственно с утра и до обеда мы были заняты плетением верш. Плели Чустам и Клоп, мы с Ларком подавали прутья, предварительно очищаемые Толикамом от листвы. После окончания плетения первых двух экземпляров, Клоп и Толикам пошли ставить их, Чустам сел за колдовство по извлечению огня путём трения, Ларка отправили найти Звезданутого, который умудрился стреноженным исчезнуть из поля зрения. А я полез на верхушку холма — ну, очень интересно было. Осторожно оглядев окрестности, я пошёл по гребню, разглядывая лес. Увидел Ларка, тянущего жеребца стреноженным — он боялся наклоняться к ногам и снимать путы — а вдруг ударит? Засмотревшись на них, я чуть не шагнул в тёмный зев ямы, диаметром около метра. Осторожно пробуя ногой землю на прочность, я обошёл по краю провал, края которого поросли травой. В том, что это провал, сомневаться не приходилось. Глубина была приличной. Близко я подходить боялся, а наклон тела с вытягиванием шеи на максимальную телескопически возможную длину, рассмотреть, что там внутри, не позволял. Сделав круг, я встал на четвереньки и подполз к краю. Темно. Хотя мне показалось, что я вижу дно.
— Чустам! — крикнул я встав.
Международный знак ладонью по шее, показывающий, что со мной будет за нарушение меморандума о тишине, заставил меня заткнуться и начать спуск вниз.
— Чустам, там яма.
— Сей-час, ра-зо-тру и пос-мот-рим, — корм с бешенной скоростью тёр в желобке одной палки второй палкой.
Перечить я не стал.
— Под-кинь.
Я взял щепотку волос стружки наделанной кормом перед действом по добыче огня и аккуратно положил в конец желобка. Прошло ещё минут двадцать. Рука Чустама с намотанным на неё рукавом рубахи — чтобы не намозолить, мелькала, словно игла швейной машинки.
— Дуй по-ти-хонь-ку.
Я уже видел, что стружка начинает дымиться. Наклонившись, слегка стал дуть. Минута, две…, и язычки пламени лизнули кучку «волос». Корм тут же откинул свой натирательный инструмент и стал подкладывать стружку. Я осторожно положил первую палочку. Через пять минут костёр уверенно пожирал уже более крупную добычу.
— Что там? — переведя дыхание, спросил корм.
— Похоже провал в какую-то комнату.
— Ларк, присмотришь за огнём?
Раб кивнул.
— М-да, — произнёс корм, лёжа на земле. — Жди здесь, сейчас огонь туда забросим.
Сбегал он быстро, с учётом того, что ветки ещё надо было зажечь. Вместе с ним прилетела вся наша команда, за исключением Звезданутого. Веник, брошенный вниз, не прояснил практически ничего, кроме наличия пола и скелета животного на нём. Но это только подогрело интерес. Пол — это комната! Не знаю как у остальных, а у меня такая обстановка только разогрела фантазию, нарисовав кучу картин, от подземного дворца, до гор драгоценностей.
— Хромой, а ты везунчик, — Клоп встал с колен и отряхнул их.
— Это почему?
— Да с тобой куда ни пойдёшь, всё что-то находишь. То жеребца, то подземелье.
— Согласен, — поддержал Толикам, — даже с праздника Карлана улизнули.
Дерево, из-за желания обладать которым даже подняли шум в лесу, покинуло свою корневую систему буквально за пятнадцать минут, в следующие десять лишившись веток. Закорячив его наверх холма, мы сообща принялись устанавливать «лестницу». С горем пополам — свежесрубленная берёза это вам не жердинка, мы опустили ствол вниз. Обрубили, почти угадав по длине — на верху остался всего метр.
— Ну что, кто первый? — спросил Чустам.
Я, молча, вступил на сук. Конечно не лестница. Местами я, просто обхватив ствол ногами, скатывался по нему.
Спустившись, я сгрёб валявшиеся на полу ветки в кучку, чтобы огонь хоть немного продержался. Не очень большое помещение, буквально шесть на четыре. Стены выложены из того же камня что и внутренность «подковы». Свод тоже был каменным, что с учётом дыры в потолке не внушал доверия. Предназначение комнаты сложно угадать. Когда-то тут явно была масса кувшинов, осколки и обломки которых украшали пол помещения. Наверняка прежний попаданец сюда порезвился. Его скелет, кстати, очень даже навевал уважение. Не хотел бы я встретиться с таким вживую. На одной из стен красовалась низенькая дверь.
Вторым спустился Чустам, сразу подкинув в огонь охапку сухих веточек. Ещё через десять минут мы были все внутри.
— Вот это берлога, — восторженно произнёс Клоп.
— Ага, — Толикам разглядывал череп зверя. — Берлога земляного дракона.
— Да ну? — Чустам посмотрел на кости. — А не медведь?
Толикам подобрал какой-то обломок горшка с ладонь величиной и протянул корму.
— Орочий выкормыш…, — Чустам вертел осколок в руках.
— А что драконы есть? — я по-другому глянул на кости.
— Никто не знает, — ответил мне Толикам. — А это просто зверь похожий на медведя. Вернее маги сделали его из бурого. Просто называют его так.
— Ну да просто, — поддержал Чустам. — Просто вот десяток этих чешуек стоит… империал наверно.
Я не особо воспринимал местные деньги, просто по причине отсутствия оных у меня. Но знал, что за три медяка можно купить каравай хлеба. Сто медяков — это башка, поскольку на ней был напечатан портрет локота — собственно это хорошая рубаха или штаны. Далее, я изучить не успел, вылетев к оркам.
