Но перейдем к делу и продолжим наш рассказ. В тот день женщины добрались до лагун Венетского моря уже в поздний час, и вот вдруг они увидели одинокого рыбака на его суденышке, и они позвали его, чтобы он приблизился к ним. Он же, думая, что видит игры демонов или призраков, или, может быть, морских чудищ, ужасно испугался. Но, воодушевленный Богом и побуждаемый настойчивыми просьбами женщин, он подошел к ним. Когда они поведали ему всю свою историю и все свои несчастья, он сказал им: «Я очень сострадаю вам и не оставлю вас до тех пор, пока Бог вам не поможет. Но, поскольку моя лодка столь мала, что выдержит только одну, я буду перевозить вас поодиночке, пока не перевезу всех и не доставлю вас на сушу, где твердая земля; иначе, если вы останетесь здесь, вас сожрут волки. Завтра же, прежде чем рассветет, я достану судно побольше и отвезу вас в собор святого Марка, где, я надеюсь, Бог вам /f. 361a/ поможет». Что еще? Итак, когда он перевез всех, кроме одной, эту последнюю он отвел в свой рыбацкий домик и прекрасно накормил, обращаясь радушно, уважительно, приветливо, ласково и благопристойно. А на другой день он заботливо выполнил то, что обещал. Когда же он привел их к собору святого Марка, он подошел к кардиналу римской курии господину Октавиану, легату в Ломбардии[1566], который в эти дни находился в Венеции, и рассказал ему всю историю, случившуюся с этими женщинами, и обо всех несчастьях, которые выпали на их долю, и открыл, где они находятся. Выслушав это, кардинал незамедлительно пришел к ним и дал им еды. И разослал по всему городу гонцов с вестью, чтобы все, мужчины и женщины, дети и взрослые, «юноши и девицы, старцы и отроки» (Пс 148, 12), поспешно, без всякого промедления, пришли к нему в собор святого Марка, так как он расскажет им такое, чего они никогда не слышали, и покажет им то, чего они никогда не видели. Что еще? Короче говоря, весь город Венеция собрался к нему на площади собора святого Марка и выслушал от него вышеописанную историю. Когда кардинал ее пересказал, он велел подойти этим женщинам, опозоренным и обнаженным, в том виде, в какой их привел проклятый Альберико. Кардинал это сделал для того, чтобы больше настроить венецианцев против Альберико и вызвать у них большую жалость к этим несчастным женщинам. Когда венецианцы услышали всю вышеупомянутую историю и увидели этих обнаженных женщин, то, возвысив голос, они вскричали: «Пусть умрет, пусть умрет этот проклятый и сгорит заживо вместе с женой, и весь его род /f. 361b/ да будет уничтожен навеки!» Тогда кардинал сказал: «Божественное Писание согласуется с вами, в нем содержатся такие проклятия нечестивому человеку, Еккл 8, 13: "А нечестивому не будет добра, и, подобно тени, недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом". Это род дурной и злой[1567], неустроенный сердцем и неверный Богу духом своим (Пс 77, 8). Это "род, у которого зубы – мечи, и челюсти – ножи, чтобы пожирать бедных на земле и нищих между людьми" (Притч 30, 14). "Да не будет сострадающего ему, да не будет милующего сирот его; да будет потомство его на погибель, и да изгладится имя их в следующем роде; да будет воспомянуто пред Господом беззаконие отцов его, и грех матери его да не изгладится; да будут они всегда в очах Господа, и да истребит Он память их на земле, за то, что он не думал оказывать милость" (Пс 108, 12–16). Также Иов 18, 17–19: "Память о нем исчезнет с земли, и имени его не будет на площади. Изгонят его из света во тьму и сотрут его с лица земли. Ни сына его, ни внука не будет в народе его, и никого не останется в жилищах его". "Да изгладятся они из книги живых и с праведниками да не напишутся" (Пс 68, 29)». Тогда все вскричали: «Пусть так и будет!» После этого, по желанию всего города, как мужчин, так и женщин, он обратил крест против проклятого Альберико[1568], сказав, что всякий, кто возьмет его и пойдет или пошлет вместо себя кого-нибудь на свои деньги для его уничтожения, получит полное отпущение всех своих грехов. По воле Всемогущего Бога и блаженных Петра и Павла, апостолов Его, а также по долгу службы легатом от апостольского престола, он полностью подтвердил данное всем отпущение грехов. Итак, все, «от малого до большого» (1 Цар 5, 9), и мужи, и жены (Нав 6, 20), были осенены крестом; они были взволнованы и проповедью кардинала, который был столь значительной личностью и исполнял такую важную обязанность, и коварством того проклятого человека, /f.361c/ несправедливо повесившего знатных людей, и видом этих женщин, позорно обесчещенных, и, сверх того, полученным ими полным отпущением грехов. Кардинал, он же легат, вовлек их в исполнение этого дела, приведя пример левитовой жены, за смерть и насилие, то есть надругательство над которой иудейский народ по Божией воле совершил такой суровый суд и месть, что было уничтожено почти целое его колено[1569].
